Король русалочьего моря

Рядом с ее плечом еле слышно вздохнул Ксандер, и она не выдержала — бросила на него взгляд. Фламандец был спокоен на первый взгляд. Или нет, он как будто ожидал чего-то предсказуемого, невольно касаясь хрупного браслета, охватывающего его руку. Конечно же, внезапно ясно поняла она, чувствуя резкий прилив жаркой ярости, он знает, что не пройдет! Нет, еще хуже — он решил, что не пройдет. Он разобьет амулет, едва шагнув за порог Лабиринта, и благополучно вернется домой, к отцу и матери, выбрав свободу от нее, а не обучение в Академии.

Ему-то что — его никто никогда не упрекнет, что он не прошел, ему не нужно поддерживать славу семьи, ему вообще ничего не нужно, кроме тех клочков свободы, которые только и может урвать прирожденный раб!

Пальцами, едва не искрившимися от бившегося в ней гневного огня, она вцепилась ему в руку, куда там той мантикоре на скале.

— Даже не надейся, — прошипела она фламандцу в ухо. — Я, Исабель Альварес де Толедо, силой крови Альба приказываю тебе, Ксандер ван Страатен, пройти Лабиринт и стать учеником Академии!

Удар сердца, другой.

Он молчал, стиснув зубы, а под ее пальцами уже начала дымиться его рубашка. Еще удар. Что будет, если он сейчас упадет, на глазах у всех, отказавшись?

— Слушаюсь, сеньора, — выдохнул он, и в глазах его плескалась темная ненависть.

А потом, стряхнув ее руку со своей, первым шагнул во мрак Лабиринта.

Глава 2. Лабиринт

Deze spaanse kutwijf было первой его мыслью, когда он переступил порог из черного гранита в беспросветную тьму и осторожно огляделся, сделав шаг в сторону — еще не хватало, чтобы кто-нибудь, а пуще того она, влетел от усердия прямо ему в спину.

От того, что он огляделся и поморгал, тьма не поредела. А еще было не видно и даже не слышно тех, кто их опередил, и это было вовсе странно — в каменный проем прошло немало, и шли они постоянным потоком. К слову, и Беллы рядом не было тоже, хотя он мог бы поклясться, что после того, что он сделал, она прыгнет следом, как ошпаренная кошка.

Godverdomme. И как прикажете пробираться по Лабиринту, которого даже и не видно?

Мысль «приказ» его моментально отрезвила. Каким бы ни было это странное место, какие бы препятствия его ни ждали, он должен пройти. Проклятая иберийка не оставила ему выбора.

Вздохнув, он пошел вперед, решив, что дверь за спиной послужит хоть каким-то ориентиром.