Король русалочьего моря

— Дядя!

С отчаянием Белла вцепилась в обезумевшего от боли мужчину, но проклятое пламя сразу же заплясало на её ладонях, как будто только и ждало этого момента, и она отпрянула, с ужасом затрясла ладонями, сбивая пламя.

Старый герцог шагнул к сыну и внучке, и впервые его взгляд показался Ксандеру старческим и беспомощным.

Ксандер переступил порог, хотя какая-то часть фламандца была совсем не против того, чтобы проклятые псы посгорали хоть вместе, хоть поодиночке. Из наполовину распахнутого окна на балкон за спиной герцога раздался оглушительный залп грома, и на сад за окном хлынул из стремительно потемневших небес целый поток дождя.

В комнату пахнуло водой и свежестью.

Уже больше не думая, Ксандер рванулся вперед, зажмурившись, и толкнул что было сил пылающего дона Луиса в балконную дверь, прямо под хлещущие с неба бичи воды. Осколки разбитого стекла — на пути попалась закрытая створка, но рассчитывать времени и сил не было — вместе с брызгами воды со звоном обрушились на обгоревший стол.

Огонь, обхвативший старшего сына дона Фернандо, дернулся, будто живой, под холодными струями дождя, метнулся в последний раз вверх и в стороны, словно стараясь сбежать или дотянуться до Ксандера, но перед яростью грозы стих и наконец, с шипением издыхающей змеи, погас.

— Оригинально, — раздался за его спиной самый им ненавидимый голос, и раздались ленивые хлопки. — Как мы только раньше не додумались.

— Прекрати, Франко, — хрипло отозвался дон Луис, выпрямляясь; его изящный камзол наполовину превратился в обугленные лохмотья, рукава и вовсе сгорели начисто, открывая багровые обожженные руки с почерневшими ногтями.

Голос у него вырывался сквозь зубы со свистом, лицо — Ксандер глянул в его сторону — было искажено гримасой боли, но он как мог старался вернуть себе самообладание. — Мальчик меня спас.

— Это так. — Лицо старого герцога, впрочем, было бесстрастно, без единого следа что недавнего гнева, что какого-либо волнения, а тон был таким, будто Ксандер занес им кофе.

— Благодарю вас, принц.

— Пожалуйста, сеньор, — отозвался Ксандер, старательно копируя это вежливое бесстрастие, и отступая все ближе к двери и Белле, насколько возможно незаметно — тем более что дон Франсиско прошел в кабинет и теперь не маячил между Ксандером и спасительным коридором, а задумчиво изучал опаленную столешницу. Белла, заметил фламандец, тоже облегченно выдохнула при виде маневра дяди и даже уже почти выскользнула за дверь.