Король русалочьего моря

Можно подумать, он был против!

— Мне нужно вернуться, — сказал он, но голос его звучал не мягко, а скорее вяло. Руки матери сжали его плечи, будто глину, как если бы она старалась вылепить из него некое подобие самой себя. — Я должен…

— Ты ничего не должен этим spaanse moordenaars! — Серые глаза матери горели яростным огнем. — Ты должен нам, ты принадлежишь нам, а не им!

Почему-то ее слова его неприятно поразили, но он знал — она может и неудачно выразиться, главное — смысл…

… — Мы ведь можем как сделать, — вкрадчиво, как всегда, когда предлагал очередную невероятную и такую замечательную проделку, говорил Мориц, и Ксандер даже тряхнул головой — заснул он, что ли? — Я могу тебя отсюда вывести.

Приказ… — Брат щелкнул пальцами. — Вот тебе на твой Приказ! Ну, что скажешь?

Так же привычно, как было ему слышать сумасшедшие замыслы брата, Ксандер задумался — и почувствовал, что ненатурально живая тьма замерла, словно выжидая.

— Погоди, — начал он, стараясь, как всегда, распутать нагроможденную на него информацию аккуратно, рассудительно.

— Тут все не так просто. Ты прав — это не просто место. Если я пройду, я смогу учиться…

Брат присвистнул.

— К чему это? Ты и так умный. И сила у тебя есть. Помнишь русалок?

— То-то и оно, — согласился Ксандер. — Я ж ничего с этим не умею делать. Толку с нее, с той силы…

Рука брата упала с его плеч, и даже не глядя на лицо Морица, Ксандер мог легко себе представить, как тот хмурится.

— Толк в том, что ты будешь на свободе! Королем!

— Король должен много уметь и знать, — возразил Ксандер.

— Иначе это… бессмысленно это. Это ж не деревенских мальчишек строить, Мориц! Чтобы победить, нужно знать не меньше, чем они. И я хочу нормально учиться, а не слушать того и этого, и выискивать нужное в тех немногих книжках, которые удалось сохранить!

Серые глаза снова сузились, на этот раз недобро.

— И поэтому, — холодно сказал брат, — ты сделаешь так, как хотят они. Наши враги. А не так, как хочет мама, как хочет отец, как хочет вся твоя страна, наконец!

— Я сделаю так, как хочу я!

Воцарилась тишина.

Звенящая, как после лопнувшей струны. Ксандер вдруг понял, что он вскочил, и понял, что последние слова он прокричал — прямо в рассерженное, а теперь застывшее лицо брата.

— Уверен? — уронил Мориц.

Браслет на руке вдруг стал очень холодным — будто ледяные пальцы охватили правое запястье, и вот уже мороз идет по коже, вливается в вены, пробираясь до самых костей, пронизывая все от кончиков пальцев до плеча.