Сказки старого Волхова

Понятно, что норманны, одетые по-разному; кто в доспехах, кто в звериных шкурах, представлялись Жирославу толпой уличных бродяг без рода и племени. Но видимость не всегда соответствует правде.

А внешне богатство и мощь славянского князя впечатляли. Что-ж, думал Ульрик, если в приграничном городке так богато и жирно живут, то что ожидает их в Хольмгарде? Горы золота и курганы серебра?!

– Что привело тебя, Ульрик Седой, в наш славный город? – задал вопрос князь, оглаживая густую бороду. Цепкие голубые глаза смотрели внимательно и сурово.

– Я уже говорил твоим слугам и подтверждаю: мы хотим торговать железом и варяжскими мечами… – осторожно начал Ульрик.

– Я не против торговли с северными соседями. Заплати, Ульпик, положенный налог – две серебряные монеты с лодьи, и свободно торгуй. Торговый ряд на городском рынке я выделю. Недели хватит, чтобы продать товар?

Жирослав оказался неглуп. Своей выгоды терять не хотел, но и понимал, что длительное присутствие грубых северных воинов, многие из которых могут оказаться не сдержанными, опасно для Альдейгьи.

Чревато спорами и стычками, кои могут перерасти в серьезную заварушку. Это повредит торговле всего города. Нежные восточные гости, купцы и странствующие мудрецы могут устрашиться нечесаных дикарей. Ульрик вспомнил нетерпеливый взгляд Адольфуса и все понял. Понял и оценил.

– Хватит недели, великий князь. Но есть каверза. Нет у нас серебряных денег. Можем оплатить железной рудой, – ответствовал Ульрик, не теряя достоинства.

– Рудой? – Жирослав чуть набычился.

– Нет, рудой не пойдет. Лучше добрым товаром. Мечами или варяжскими топорами.

Ульрик смутился. А славянский князь не так прост, как казалось с виду. Он отличался не только жадностью (что видно по плохоньким, хоть и надраенным кольчугам у гриди), но и хитростью. Лишить вероятного противника части вооружения, хотя и небольшого – означает ослабить. Руду еще надо переплавить, а вот боевые мечи и топоры – сразу готовы к лютой сече.

– Княже, но я не могу везти руду назад, мне ее обязательно надо сбыть.

А мечи, понимаете, могут и самим понадобится. В северном море неспокойно. Даны и алеманы озоруют нещадно.

– Озоруют? – рассмеялся Жирослав. – Неужели какому морскому бродяге придет в голову напасть на сильный и большой караван? Да ты же их порвешь, словно шкодливых щенков!

– Ну, на караван, конечно, не нападут, – уклончиво ответил Ульрик. – Но ненароком отставший в окияне кнорр захватить могут.

Князь задумался.