Потерян в море

Постепенно осторожный шепот сменился веселыми разговорами и шутками, взгляд стал спокойнее, а некоторые души, все время в любопытстве крутившиеся рядом с живыми, и вовсе удостоились нелепых прозвищ. Пираты привыкли к призракам, начав воспринимать их как неотъемлемую и обыденную часть своей жизни.

— Все на сегодня, — крепкая фигура Сарома вынырнула из зарослей.

Его кожа блестела от пота в лучах тянущегося к горизонту солнца, а одежда была усыпана мелкой травой и корой. За боцманом потянулись и остальные. Уставшие и грязные, они, впрочем, были в приподнятом настроении, предвкушая скорый ужин, который должен был уже приготовить Угорь.

— Жрать охота, — Жаба, обладающий явной паутиной морщин и копной практически седых волосы, почесал старый шрам, теряющийся в черно-белой бороде.

— Если будет такое же дерьмо, как вчера, то… — сплюнув, Мартин продолжил: — запихну все в глотку повару, нассав сверху.

— А я говорил, что готовить не умею!

Возмущенный возглас молодого пирата по имени Диего вспугнул маленькую пеструю пташку с ближайшей ветки.

Парень выглядел устало и недовольно, замыкая шествие небольшого отряда. Каттальтта, изящной змеей скользнув в листве, двинулась параллельно людям.

— Вот и будет стимул научиться, — скрипучий хохот Жабы напоминал несмазанные рабские цепи.

— Может, меня просто из очереди убрать?

— С хера ли? — Мартин дернул верхней губой, оглядываясь назад.

Они были очень разными. Улыбчивый и подвижный Жаба, любящий пошутить и посмеяться, но обладающий мертвыми глазами убийцы. Имея уродливую внешность, он одновременно отталкивал и располагал к себе благодаря подвешенному языку.

Совсем другим представал Мартин. Угрюмый, грубый и чаще молчаливый — к такому мало кто осмелиться подойти, решив не наживать проблем. Но Каттальтта невольно стала свидетелем, как пират переживал и пытался помочь змее, по которой случайно угодил кукри, срубая очередную ветвь. Она была уверена, Жаба на его месте даже не взглянул бы на изувеченную рептилию. А вот молодой Диего казался неопределенным. Слишком робкий местами для этого гнилого сброда, доверчивый даже. Пасующий перед более опытными и опасными товарищами. Однако все же находящийся здесь и являющийся частью команды. Как этот парень оказался среди них? Для хранителя острова было загадкой.

— Мы тебе кухарки что ли? Даже трехпалый, даром, что боцман, потеет над костром. Чем ты лучше, сопляк? — Мартин продолжал наседать на Диего, отчего тот сбавил шаг, не желая слишком уж сокращать расстояние между ними.