Месть и прощение

* * *

Она не участвовала в сборах. Закрывшись в комнате вдвоем с Кимом и раскинув полог от прослушивания, Полина отдавала последние наставления.

— Я боюсь брать Варю в Наркит. Не думаю, что меня там тепло встретят. Да и дочка еще очень слаба. Ким, ты единственный, кому я могу ее доверить. Только рядом с тобой она не будет чувствовать себя снова брошенной. Ребята все надежные, в случае чего они вас прикроют. При малейшем подозрении вызывай стража клана Избранных и возвращайтесь домой. Это поможет вам, — она сняла с шеи изумрудное ожерелье и подала его Киму.

— А как же ты без защитного амулета Хранительницы? — растерянно принимая украшение, спросил тот.

— Наденешь его на Варю. Ее дар уже проснулся, и Айна поможет его принять.

— Ты словно прощаешься…

— В теле Алекса сидит что-то ужасное. Если узы крови ослабнут и чудовище вырвется на волю, я повторю ритуал и силой Хранительницы уничтожу нас обоих. Жертвовать кем-то еще я больше не хочу.

— Не надо жертв, Полина, давай вернемся домой вместе, за барьером вас никто не тронет, — обняв и прижав к себе, прошептал Ким.

— Если бы ты знал, как я хочу забрать вас и уйти на Землю! Но не могу бросить Элеан на растерзание орде. Правители других стран поверят Андерсу, только если мы будем вместе. Я виновата не потому, что не спасла отца в Эль-Наине — тогда уже было поздно. Мое проклятое предназначение, которое я пыталась забыть последние пять лет, так страшно напомнило о себе.

— Ты справишься, моя девочка, как всегда справлялась, — прошептал Ким, ласково поцеловав ее в макушку.

Не выдержав, Полина уткнулась носом в его грудь и впервые за эти дни зарыдала.

Нефритовый дворец

— Тебе надо немного отдохнуть после того ужаса, что пережила, — заметив изумленный взгляд Полины, объяснил Андерс, когда с посадочной площадки перенес их в нефритовый дворец, в ее бывшую спальню.

Она обвела взглядом комнату: большая кровать из розового дерева, украшенная затейливой резьбой, аккуратно заправлена шелковым покрывалом.

Возле зеркала во всю стену на изящном туалетном столике стоит ее шкатулка с украшениями. Рядом все та же высокая ваза из молочно-белого стекла. Кто-то поставил в нее недавно срезанные жемчужно-белые лилии, наполняющие комнату цветочно-сладковатым ароматом. Множество светильников, пуфиков, безделушек. Большое окно закрыто подвешенными к фигурному золотому карнизу шторами из кремового цвета вуали. Чисто, не пылинки. На глаза навернулись слезы.