Клеймо проклятия

— Ты, мой ученик, подаёшь надежды стать крепким копейщиком, но твоё умение владеть мечом, пусть сегодня палкой в твоей руке, завтра, когда рукоять настоящего меча коснётся твоей ладони, превратится в мастерство лучшего мечника. Один, бог Войны, приняв кровавую жертву, услышал меня и подготовил твоё тело и дух для грядущих боевых свершений. Да будут вечными его заветы и наставления! — так Кьяртан, с несвойственной ему напыщенностью, предпочёл закончить сегодняшнюю тренировку.

Ужинали молча, с жадностью поедая вареную рыбу из утреннего улова — для готовки лепёшек не хватило ни сил, ни времени.

Странно, но Кьяртан не послал ученика вновь расставить рыбные ловушки. Оба упали на свои лежанки и забылись сном, сопутствующим тяжёлому, изнурительному труду.

Ранним утром третьего дня знакомства, вновь свежий и бодрый Кьяртан разбудил ученика:

— Вставай, мой новоявленный воин! Беги на реку и расставь рыбные ловушки. Сегодня вечером я хочу хорошенько поужинать горячим. Потом приступай к самостоятельным занятиям, и пусть с тебя сойдет семь потов, но ты должен будешь до конца овладеть воинской наукой — отработать молниеносность ударов и высшее совершенство защиты.

Твоими противниками сегодня будут деревья — они тоже могут больно бить ветками и отдавать в руки своей железной твёрдостью стволов.

Ученик молча, но настойчиво вопросительно, глянул в глаза наставника. Немой вопрос читался в блестящих от рассветной зари глазах. И Кьяртан ответил, снимая со стены боевой топор, висевший поверх щита:

— Я ухожу искать лагерь йомси и разведать округу для ночного боя.

Это я сделаю лучше тебя, потому что знаю куда смотреть и что замечать. Скоро, очень скоро наступит время твоей мести, воин. Даже в предполагаемый бой надо идти голодным, потому завтрак мне не нужен. А тебе я приготовил вот это — для тренировки необходимы силы, но время её нужно приблизить, не останавливаясь на приготовлении еды, — добавил Кьяртан и бросил к ногам ученика тело мёртвой змеи и ещё мокрую водяную крысу.

Не успел Кьяртан исчезнуть в ближайших зарослях, как нестерпимый голод ученика вырвался наружу. Новик откусил змеиную голову, и спуская кожу, как женский чулок, стал откусывать и жевать розовую мякоть, похрустывая мелкими косточками. Со змеёй он покончил, на удивление, быстро. А далее, оторвав голову водяной крысе, снял с неё шкуру и подсолив тушку, водрузил на ветку ближайшего дерева, наказав себе съесть это мясо на обед.