Сын Моря, Сын Огня

— Как бы не пришлось прежде плакать по его неуклюжести, — проворчал в ответ Фалька, но тихо, чтобы Берен не услышал. Впрочем, дураком великана не назовёшь. Раз пошёл на вылазку — значит, сдюжит.

С приходом темноты они вышли к реке южнее римской крепости. На другом берегу возвышалась неприступная каменная твердыня. Неужели сегодня она падёт? Да ещё и по милости Фальки? Или это он найдёт здесь погибель? На всё воля богов — Фалька больше не сомневался. Сомнения — удел трусов. А он не трус.

— Как мы поймём, что пора? — спросил Фалька накануне.

— Вы поймёте, — улыбнулся вождь.

Он оказался прав. В середине ночи на севере запел рог, а потом поднялся такой шум, что все боги мира должны были обратить взоры на эту проклятую крепость. Небо загорелось огнём, и сперва Фалька испугался, что это великан Сурт встал на защиту своих сыновей. Но затем понял — это в небо взлетели сотни горящих стрел. Мотнул головой. Хватит бояться глупостей. Он дал себе зарок ещё тогда, на болоте.

Пять теней скользнули к воде.

За ними следовала шестая — могучее тулово Берена двигалось неожиданно ловко, не уступая остальным в скорости и сноровке. Дружина вошла в реку. Течение должно вынести их к юго-восточному углу крепости. Пока римляне заняты севером, Фалька с отрядом займётся воротами. Как только створки откроются, в бой вступят ещё полсотни горцев, затаившихся у реки. Они удержат ворота до прихода войска.

Одежда намокла и тянула на дно, но Вигга Туробой затем и заставлял сына всё детство хлопать под водой в ладоши.

Вода была холодная, но двигались они быстро. Меч Фалька перевесил за спину, чтобы не мешал болтать ногами. Сегодня Сполох вдосталь напьётся римской крови.

Первыми на римскую стену вскарабкались два горца. Фалька сидел внизу и ждал, дрожа на холодном ночном ветру. Берен был рядом, недвижный и немой. Должно быть, подкожный жир не даёт ему мёрзнуть. Лицо, усеянное шрамами, казалось высеченным из камня. Взгляд спокойный, дыхание ровное. Фалька вдруг почувствовал гордость, что будет биться рядом с ним.

Берен, кажется, учуял это и взглянул на Фальку из-под тяжелых бровей. Кивнул.

Сверху раздался тонкий птичий свист. Берен опёрся о стену и дёрнул головой. Фалька поколебался мгновение, затем легко вспрыгнул воину на спину. Тот резко выпрямился, и Фалька полетел выше. От неожиданности не успел ухватиться за выступ — рука соскользнула, и Фалька, судорожно всхлипнув, сорвался вниз. К счастью, горцы поймали его и затянули на стену.