Сын Моря, Сын Огня

Это честь для любого магистрата.

Раздался сигнал, и вперёд вышла вспомогательная когорта — лёгкие застрельщики с дротиками, пращами и луками. Неровным строем они приблизились к захваченной деревне и оросили её градом стрел и камней. Послышались единичные вопли, но было видно, что постройки защитили германцев.

— Хорошая позиция, — проговорил Марк, обращаясь к самому себе.

Деревня плюнула стрелы в ответ, и застрельщики бегом отступили. Успели не все — несколько человек остались на земле. Многие продолжали шевелиться и кричать.

Неро вздрогнул и отвёл глаза. Марк тоже склонил голову и коснулся рукой потемневшего лица. Выдохнув, он снова воззрился на поле, и лицо его не выражало ничего, кроме немой сосредоточенности.

Застрельщики наступали и отступали ещё несколько раз. Тем временем трубы разнесли над легионом новую команду. Первая линия из трёх когорт двинулась в бой.

***

Когда на них посыпались стрелы и камни, Фалька еле успел спрыгнуть с хибары. Много раз смертоносный дождь проливался на воинов Срединной Земли, и много раз они давали ответ.

Фалька прижался к стенке и укрылся щитом. Вокруг раздалось несколько воплей, но в остальном ничего страшного не случилось. Фалька быстро огляделся — союзники стояли ровно. Слабовато начали бой огненные люди.

Словно оскорбившись его мыслям, римляне подняли трубный вой. Фалька не мог увидеть, что творится на поле, но услышал крики:

— Идут! Они идут!

Застучали копья, зазвенели мечи. Шум нарастал. Будь Фалька дома — уже нёсся бы по полю навстречу врагу.

Но Альдарик велел держать строй и не выходить из укрытия. Придётся стоять и ждать. А для храбрости это губительно.

Морские люди ярили себя криками, и Фалька вторил общему хору. Но он уже не ощущал единого духа — крик слабел и замирал в груди. А вот гул вражеских голосов становился громче. Вой страшных труб заставлял холодеть даже самые горячие сердца. Первые ряды морских людей пятились, зажимая союзников. Стало очень тесно. Фалька вдруг испугался, что ему даже не придётся сражаться, — его просто задавят свои же братья.

Его жали со всех сторон, крики превратились в неразборчивую мешанину. Он уже не мог понять, где враг, начался ли бой и что вообще творится вокруг. Ох, не о такой смерти он мечтал. Боги, что ему делать?

Вдруг небо пронзил страшный свист. Фалька с силой растолкал навалившихся людей и вскинул щит. Спереди послышались вопли, кого-то швырнуло прямо на Фальку. Он вскрикнул и спихнул упавшего с себя.