Невеста

Казалось бы, Грозовский достиг всего, считаясь по широте власти едва ли не вторым человеком в стране, но сам он так не думал, считая, что нет предела совершенству. Он несся вперед, словно объятый паром состав, прокладывая себе путь через поля, горы и реки, сметая все живое на своем пути.

В силу своего по светским меркам аскетичного образа жизни, Грозовскому не так важны были материальные богатства. Его семью составлял единственный сын Юрий, жена давно умерла, а жениться снова Владимир Петрович не желал.

Лишь одна женщина всегда притягивала его взгляд – великая княгиня Анастасия Павловна. Он не знал дамы более красивой и недоступной для него. Конечно, всем было известно, насколько холодны ее отношения с мужем, и Грозовский мог попытаться поухаживать за великой княгиней, но учитывая ее статус, это вылилось бы в отвратительный скандал, который уничтожил бы репутацию обоих.

С начала зимы обстоятельства неожиданно изменились. После смерти наследника Константина, Анастасия Павловна приняла волевое решение развестись с нелюбимым супругом, и хотя процедура так и не была завершена по закону, в свете с пониманием к этому отнеслись (исключая, пожалуй, особенных поборников морали): Анастасию Павловну было принято считать свободной женщиной.

К тому же изменилась и она сама: став наследницей престола великая княгиня стала частью политической жизни Коронии. Грозовский сделал все, чтобы стать для Анастасии Павловны добрым другом и союзником.

Их отношения развивались стремительно.

Анастасия Павловна была влюблена, счастлива, и это ее изменило. Ее нрав из независимого и колючего вдруг преобразился в совершенно простой. Для Грозовского это стало не то чтобы сюрпризом, но приятным открытием. Он быстро нашел к ней подход. Анастасия Павловна была очень эмоциональной и чувствительной женщиной, что в сочетанием с либеральными взглядами, делало ее восприимчивой к разного рода несправедливостям. Грозовский смекнул, что достаточно преподнести великой княгине новость как аморальную и бесчеловечную, чтобы она стала ее ярой противницей, или же наоборот выдать нечто гадкое за милое и невинное, чтобы Анастасия Павловна поддержала это, напрочь отбрасывая здравый смысл. Постепенно Владимир Петрович понял, что умело то надавливая на жалость, то вызывая у нее негодование Анастасию Павловну можно переманить на любую сторону. В его руках появилось опасное оружие, которое он готовился применить, когда это будет необходимо.