Ключ от Иритау. Книга 1

Карета подпрыгивает на дороге и ускоряет ход. Эх, где-то моя машинка с подвеской! Сейчас мне кажется, что даже мои «Жигули» - это полная фантастика по сравнению с этой трясучкой. Ноги совсем заледенели в сандалиях. Я кутаюсь в меховой плащ, приваливаюсь головой к мягкой стенке и, глядя на меняющийся за окном пейзаж, снова пытаюсь потыкать палочкой застывшие в глубоком анабиозе серые клеточки.

Если это розыгрыш, то совершенно фантастический. Небо, пейзаж, ветер, бросающий в лицо сноп незнакомых и непривычных запахов.

Странный город… Нет, поверить в то, что все это каким-то чудодейственным образом прифиндилили к пиццерии, пока я находилась внутри пару секунд, кажется невозможным. «Труднее, чем поверить в то, что ты провалилась в другую реальность?» - ехидно осведомляется мой демон. Мне хочется поотшибать ему рога, и он испуганно смолкает.

Почему? Почему это произошло со мной? Никакого разумного объяснения. В случайность я не верю. Записка на русском языке была явно написана человеком, который знал, что я сюда попаду.

Или он ждал не меня, а другого русскоговорящего? Нет, эту загадку я не разрешу, пока не встречусь с адресантом. Живот скручивает от волнения. Я вжимаю сумку в живот и морщусь. А я ведь так и не поела. Чудесная пицца с тефтельками уплыла от меня. На глаза наворачиваются слезы. И машина Иришки. Осталась стоять на парковке. И будет, чувствую, стоять там еще долго-долго. Пылиться, пока Иришка с Борюсиком не приедут со своих островов. Вот! Мечтала о путешествии! Получи и распишись. Я всхлипываю и шмыгаю носом. А мороженое в термосумке растает. Потом покроется плесенью. Такое вкусное мороженое. И дорогущее. И Максим… Я стираю слезинки с щек. Что он подумает обо мне? Наверное, подождет на жаре, пойдет искать, заглянет в пиццерию. Он тоже попадет сюда? Внезапная мысль приходит мне в голову: те всадники, от которых мы прятались, они ведь позвали главного в дом, да? А вдруг они нашли Максима, который, как и я, провалился в дыру в пространстве? И что они с ним сделают? По спине пробирается холодок. Я вспоминаю глаза того всадника: черные провалы, угрожающие звезды иного мира. Конечно, я его толком не разглядела в темноте, но хорошо запомнила ощущение бьющей наотмашь властности и угрозы, исходящие от него волнами. Не хотела бы я пересечься с ним. Ни за что.

Кидаю взгляд на сидящего в молчании краснокосичника. Он не смотрит на меня, безучастно разглядывая ночной пейзаж. Нет, спрашивать у него бесполезно. Языковой барьер. Отворачиваюсь к своему окну.