Сорни-Най

— Это как сказать, — ухмыльнулся Алексей. — Осмелюсь предложить: отпишите о сем Орфее государыне, она малые народности любит, калмыцкую царевну при себе держит. Ей понравится. Глядишь, еще простит его своей волей. И проводник нужен. Места там дикие, заплутаем — сами не выйдем. Дадут мне вогулы проводника?

Прокопий спросил, ему ответили.

— Нет, не дадут. Боятся. Шаман туда ходил, шамана убили. Гора запретная. Боятся духов, менкв3, лысых чертей. Охотника этого тоже боятся. Если у него получится, он для них вроде бога-героя будет, если нет — демон в него вселился.

Нашего человека надо бы приискать.

— Простите, Ваше превосходительство, — сказал Карпуша, — что, если в Рудокопном приказе спросить? Их люди все лето, как снег сойдет, ходят, жилы рудные ищут, не хуже охотников леса знают. В приказе-то их списки есть поименные, по ним им жалованье платят. А нынче зима на носу, снег уж лег, они как раз по домам возвращаются. Мигом подходящего найдем.

1 Будущий город Ивдель. Завод в этих местах был запущен только в середине XIX века, однако Рудокопный приказ и пробирная изба придуманы автором ради оптимизации логистической структуры повести.

В противном случае пятьсот верст между головным офисом губернатора в Екатеринбурге и основным местом действия становились непреодолимой преградой для всех действующих лиц.

2 В указе Петра I о создании Приказа рудокопных дел говорится, в частности, о том, что любое лицо, независимо от чина и звания, имеет право разрабатывать полезные ископаемые, согласно списку, на любой земле, независимо от того, кому она принадлежит.

Все сокровища недр объявлялись собственностью государя. Этот указ стал сильнейшим стимулом для развития промышленности в России. В частности, он послужил основой для возвышения династии Демидовых.

3 Менквы — первый опыт верховного бога по созданию людей, человекообразные создания из лиственницы, великаны-людоеды.

4. Человек из Рудокопного приказа

Входил Егорий в приказ полным надежд, а вышел оттуда, так впору удавиться. Все лето, едва стаял снег, ходил по горам, по тайге, вогулов водкой за свой счет угощал, копи старых людей выискивал, по ходам их рудокопным извиваясь, полз, аки червь, одежу рвал, припас выбрасывал ради камней, которые на себе пер, хоть ложись да помирай под этой ношей.

И за все это, что он им в пробирную избу свалил, ответ жестокий и равнодушный — не надобно! Места, видишь, им неудобные: то реки рядом нет, чтобы машины двигать и чушки сплавлять, то лес для домны возить далеко.