Нефритовый век

– Дерзость твою превосходит только твоя прозорливость.

Передать знаки торговцам! – ужаснулся Чжэн Вэньдао. Священные письмена, доступные избранным, втопчут в грязь те, кому ведома только страсть к богатству и обладанию вещами!

– Не только это, брат, – еле слышно пробормотал Цзя, и услышал его только Чжэн, потому что слова эти предназначались лишь ему. – Я хочу, чтобы письмо стало доступно каждому. Чтобы всякий мог развернуть свиток и узнать все секреты мироздания.

Его побратим и правда лишился рассудка.

Чжэн хотел было сказать ему это, выйти из тени квадратных каменных колонн и остановить Цзя от вмешательства в грядущее, но он вдруг понял, что не в силах пошевелиться. Ни одного звука не вырвалось из его рта, хотя он был здесь, видим и осязаем! Драконы на стенах насмехались над его беспомощностью, продолжая ползти и извиваться, образуя бесконечный водоворот из лап и хвостов.

– Откуда же у тебя секрет этого искусства? – спросил наконец правитель Шан, уже полностью осознав, какое оружие дает ему Цзя.

– Ничтожный слуга повелителя увидел, что среди подданых Шан есть жрецы и гадатели, которые уже используют подлинные знаки. Повелителю лишь нужно собрать их и применить на благо своего царства. Вашему слуге было видение грядущего, в котором он увидел, что это письмо сделает царство Шан величайшим из всех.

– Ты и правда сослужил мне хорошую службу, – кивнул правитель. – Я готов назначить тебя своим советником, если ты останешься рядом, не только во сне, но и наяву.

Явишься ли ты мне еще раз? Принесешь ли еще секретов из грядущего?

– Боюсь, что нет, повелитель, – ответил Цзя. Голос его звучал глухо, издалека. Только теперь Чжэн заметил, что зал снова укрыл густой туман.

Но Чжэну непременно нужно было поговорить с Цзя! Они так давно не виделись, и так многое нужно было сказать. Чжэн рванулся было вперед на поиски побратима, пытаясь преодолеть напавшее на него оцепенение, но потом вспомнил слова старца. Стремишься к цели – получишь лишь то, что тебе не нужно.

Цзя сейчас блуждает в тумане, он сам не знает, что творит. Искать его там бессмысленно. Пусть их встреча состоится сама.

Чжэн Вэньдао проснулся у потухшего костра с первыми лучами. Утро было стылым до мурашек, но Чжэн не стал поддаваться лени и кутаться в накидку. Он встал, зачерпнул росы с густой травы, умылся. Цзяо-ся мерно посапывала, свернувшись калачиком у корня дуба-великана и прикрыв рыжим хвостом мордочку.