Изолятор

Профессор Берекли яростно кричит, что из-за таких как мы наша страна чуть войну не проиграла! Тут же вспоминаю, как однажды посреди ночи просыпаюсь от звуков похожих на выстрелы. Война – не война? Ладно, думаю, утром узнаю. И снова спать лег. А что я сделаю то? У меня огнестрела-то нет! Да вообще никакого оружия нет! Пилочка для маникюра есть! А ею что в таком случае сделать? Разве что только вены себе перепилить. Так пока я пилить буду, меня сто раз в плен возьмут и двести раз изнасилуют! Цепочка у карманных часов есть.

Так пока я ей душиться буду, война тысячу раз закончит!

Ансельм с меня уже не может. Я сам уже не могу. До печеночных колик! До кишечных спазмов!

Профессор Берекли потеет, багровеет, клянет нас благим матом. Чувствую, что у меня уже подпирает, а у Ансельма явно подтекает, но остановиться не можем – ржем на весь коридор точно кони.

Профессор Берекли вконец разозлился. Хвать меня за уха, Ансельма за шкирку и потащил к заведующему – так, мол, итак; так, мол, и этак. Заботливый родитель его внимательно выслушал и, пообещав дать нам прехорошего ремня, невозмутимо выдворил из своего кабинета, затем к нам обратился, дескать, из-за чего весь сыр-бор-то?

- Смеялись…

Заботливый родитель невозмутимо качает головой.

- Эх, вы, солдаты! Ну что ж вы державу позорите?

- Мы нечаянно…

Махнув рукой, он отпускает нас с миром.

На всех парах мчим в туалет. На ходу достаю из-за уха всеотмыкающую шпильку. Отпирая закрытую за дневной ненадобностью дверку туалета для больных. Подмечаю, что марлевые прокладки, коими пользуются дамы в свои особые дни, нам бы сегодня отнюдь не помешали б.

Смущенно переминаясь с ноги на ногу, Ансельм участливо кивает.

Подтеревшись, обсушившись и кое-как застиравшись, гордо шествуем в мой кабинет – развесить хотя бы исподнее, но на полпути, Ансельм вновь заливисто прыскает от этого неожиданного казуса. Я тоже начинаю громко хохотать над нашей трагикомичной ситуацией.

Тут вновь перед нами предстает профессор Берекли во всей своей строгости суждений.

От одного взгляда на него, тотчас начинаем биться в грохочущей истерике – благо на опорожненку то легчее идет. В общем, ржем уже безо всякой опаски.

Ржали мы, значит, ржали, так что есть захотели. И неудивительно! Время обеда как раз подошло. А профессор Берекли все нас отчитывает и отчитывает. Ему то чего? Он в любое время в местном ресторане пообедать может, а наша бесплатная столовка открыта лишь в строго определённые часы режима пациентов.