Игра в забвение

Старик вопросительно на неё посмотрел.

— Я не могу это принять, это слишком дорого. — Ответила она будто заученной фразой.

— Аня,.. прости, не Аня... Мне больно смотреть, как ты мёрзнешь. Я понимаю, что идти с незнакомым человеком неизвестно куда, возможно, страшно, и я ни в коем случае не хочу давить на тебя, но мне будет легче, если я буду знать, что твои ноги и голова в тепле, где бы ты ни была.

— Ноги?

— Да, и ноги тоже. Я потому и привёл тебя на рынок — здесь всё недорого.

На самом деле причина выбора именно рынка была немного другая — в магазин бы её в таком виде просто не пустили, но об этом он умолчал.

Девочка задумалась. Потом серьёзно взглянула на старика и сказала? «Ладно. Одевайте!»

Тот деловито кивнул и снова обратился к палатке с шарфами и шапками.

Она выбрала синюю с белым шапку с большим помпоном и шарф к ней.

Подобрали сапожки на меху, с прорезиненным низом — что надо для Питерской слякоти! — немного на вырост, ещё носочки шерстяные — 2 пары.

Переобулась сразу, и через несколько минут старик заметил, как «снегурочка» начала оттаивать — уже не дрожала, как осиновый лист, и ножками не стучала.

— Получше? — Спросил он, улыбнувшись.

— Спасибо! — ответила «снегурочка». — Только... так мне теперь еду не дадут.

— Дай-ка мне свой блокнот. — Старик написал на обложке адрес, телефон, имя и отчество «Николай Петрович», потом подумал и добавил «художник у сфинксов», показал. — Так поймёшь? — И, дождавшись кивка, с улыбкой добавил — У меня для тебя всегда найдётся пара бутербродов.

— А помыться у Вас можно? А-то... — Почесала затылок, потупилась. — У меня волосы грязные...

Старик оживился.

— Конечно! Если ты уверена. То есть, если не боишься.

Она вздохнула, подумала пару секунд и ответила.

— Не боюсь!

— Ну, тогда пойдём.

Глава 16. Аня

Квартирка у старика была, действительно, небольшая, однокомнатная. Ничего лишнего — кровать, письменный стол, стул, книжная полка, шкаф, правда, на блага цивилизации он не скупился, бытовая техника в доме была, и вся относительно новая.

— Сначала чай? Или мыться? — Спросил Николай Петрович, как только они вошли.