Требуется рыцарь. Недорого!

Судьба девушки в руках церкви. Ни вы, не кто-либо другой не сможет повлиять на её участь ни в ту, ни в другую сторону. — Отрешённо ответил архиепископ, продолжая оценивать маркиза.

Уильям всегда знал, чем дышит его собеседник. Маркиз походил на героя любовного романа. Кем он приходится Эльзе? За постороннюю никто вступаться не станет, а настоящая дружба в наш век вообще редко встречается.

— Как давно вы знаете леди Эльзу? — Спросил архиепископ, жестом приглашая маркиза пройтись. Они шагали на почтительном расстоянии, но при том говорили негромко, прекрасно слыша друг друга.

— Если Ваша Светлость желает узнать какие отношения связывают нас, не стану скрывать, мы помолвлены. — Ответил Ричард.

Архиепископ оценил, как ловко маркиз ушёл от прямого ответа. И даже искренне удивился, что Леннокс не пытается стряхнуть с себя порочащую в глазах местного общества связь со своего имени.

— Мне бы хотелось заверить, что я мог бы оказать некоторую финансовую поддержку благих дел..

. Пожертвования церкви — дело богоугодное. Я человек небедный и нежадный. — Попытался увести разговор в нужное русло Ричард.

— Дорогой маркиз! Благие дела всегда поощряются церковью и тем не менее... Они никак не повлияют на решение относительно леди, угодившей в нехорошую историю. Однако, видя, как вас тревожит положение невесты, я осмелюсь предположить, что и в худшем случае церковь в моём лице позаботиться о ней.

— Я могу увидеться с ней? — Двусмысленные намёки архиепископа ничуть не успокоили маркиза.

Он оказался довольно несговорчивым. Придётся поискать способы воздействия, раз на сделку Его Светлость идти не желает.

— Нет. Не поймите неправильно, но и здесь довольно много ушей и глаз. Любая мягкость с моей стороны будет неправильно расценена. Наберитесь терпения. — Подвёл черту архиепископ. — Но, если вы хотите что-нибудь передать на словах, я непременно передам.

— Если так, то, пожалуй, Эльзе приятно будет знать, что я получил портрет. Пусть не беспокоится, у меня он в целости и сохранности.

Также, если вас не затруднит, скажите, что я навещу графа и сделаю всё от меня зависящее, чтобы его здоровье не пошатнулось. И ещё. Наша помолвка остаётся в силе. Я не разорву её ни при каких обстоятельствах. — Та решимость, с которой говорил маркиз восхищала. Архиепископ давно не встречал людей достойных и теперь перед ним стоял редкий экземпляр.

— Передам слово в слово. А теперь простимся, дела ждут.