Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

С этими безрадостными мыслями Тритон и направился к колодцу, желая не только хоть немного утолить свою жажду, но и все-таки приступить к своим новым служебным обязанностям.

Глоток мутной и вонючей жижи, разумеется, не принес Тритону особого удовольствия, но без него изможденное и высушенное до состояния ходячей мумии тело жреца вообще и наотрез отказывалось подчиняться воле своего хозяина.

Там же, возле импровизированного «колодца», который на самом деле оказался лишь невесть когда и кем выдолбленной в камне глубокую яму для сбора дождевой воды, нашел Тритон и металлическое, местами насквозь дырявое и изуродованное вмятинами до состояния бесформенного сфероконического воинского шлема, ведро-водонос.

С его помощью Тритон, брезгливо морщась и задержав дыхание, зачерпнул из ямы-колодца немного грязной жидкости и, расплескивая её в разные стороны, потащил к ближайшему к нему кусту коки.

Само собой, что донёс он до цели и выплеснул под её корни в лучшем случае только треть ведра. Да и то, с таким трудом доставленная жрецом растениям коки драгоценная влага почти мгновенная впиталась в иссохшую почву, не оставив на поверхности даже и следа.

Прежде чем повторить всю эту незамысловатую и явно бессмысленную процедуру, Тритон мрачно усмехнулся. Но, всё же, продолжил таскать дырявым ведром воду из ямы к кустам коки.

Этим сизифовым трудом жрец занимался вплоть до темноты, пока смертельная усталость и вместе с сумерками нахлынувшая безнадега не сбили его с ног. После чего, будучи уж не в силах даже доползти до своего ложа, жрец с чувством честно выполненного долга забылся глубоким и безмятежным сном прямо на пороге своего рабского жилища — боио.

Два последующих дня пребывания Тритона на плантации коки мало чем по себе отличались от первого: жрец-грапендеро тупо и бездумно таскал воду к «драгоценным» кустам, в перерывах между ходками жадно хлебал зловонную жижу из ямы или, мучаясь от голода — тщетно пытался жевать сначала листья коки, а потом и всевозможные, попадавшиеся ему на пути корни растений, их неведомые плоды … А то и вообще – давясь от тошноты и брезгливости, глотал целиком личинки насекомых, болотных пиявок, червей и мальков из «колодца».