Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

— И я всегда была, есть и буду впредь порядочной ичпочтли! Или ты в этом сомневаешься, Тахтзинтли?

— Как же ты, похожа на свою мать, милая моя пилли Анакаона! Особенно, когда сердишься … — с трудом превознемогая невыносимую головную боль, усмехнулся ей в ответ старик Каонабо, прежде чем до него вдруг дошел весь смысл сказанного дочерью: — Подожди, если твой избранник – не мешика, то … То кто он? И где и когда ты с ним умудрилась познакомиться?

— Мой будущий Намиктли … — прекрасное лицо Анакаона в мгновение ока зарделось стыдливо-смущенным румянцем.

— Он …Он — чужестранец! – наконец, уже не в силах скрывать перед отцом своё смущение, выдавила она из себя. К тому же – явно не из наших мест. Думаю, он пришел очень и очень издалека. Потому что таких, как он, я никогда раньше в своей жизни даже и не видела! А ещё …

Анакаона запнулась на полуслове, прежде чем окончательно ошарашить своего отца:

— К тому же, он, как я поняла, грапендеро!

— Кто-о-о? – от подобной новости старик Каонабо мгновенно и окончательно протрезвел, и даже непроизвольно привскочил на облюбованном им икпалли.

– Грапендеро? Презренный и бесправный тлакотли [13]? Ты шутишь, моя любимая пилли? Где, как и зачем ты его нашла?

— Я случайно на него, полумертвого, натолкнулась во время первого Дня Мертвых на одной из плантаций коки нашего зануды-касика Текуксистекатля, — честно, в очередной раз заливаясь краской смущения, призналась отцу девушка.

– Точнее, я нашла его посреди заброшенной энкомьенды Бартоломе Моралеса. Ну, той особо секретной, о которой тебе пару дней назад рассказывал твой друг – кузнец Хиесус. Помнишь?

— Просто нашла и … — на всякий случай уточнил старик Каонабо, заметно мрачнея. – И всё?

— Нашла и … — ещё больше смутилась девушка, отворачиваясь в сторону и пряча свои замутненные слезами глаза от отца. – Нашла и спасла.

А потом … А потом и исключительно по воле всемогущей и несравненной Шочикецаль — мы с ним вдруг и с первого взгляда полюбили друг друга.

— Ты хочешь этим сказать, что он сделал тебя своей наложницей-тлазохтзин [14]? – рассерженно перебил дочку и вновь схватился руками за голову Каонабо. – Добровольно? Или этот нечестивец взял тебя силой?

— Добровольно, — скрепя сердце и уже открыто плача навзрыд, призналась девушка.