Атлантида Сумрачного Солнца: Мир Грапы

Божественный тлачтли – это Тлальтекутли [35]-Вселенная, где боги Мира Живых — Астлана и боги Мира мертвых — Миктлана играют в мяч с Сенцон Уицнаукам — звездами …

Девушка на мгновение запнулась, чтобы с помощью заколок и гребней привести в порядок свои роскошные волосы, и только после этого продолжила:

— Но вернемся к самой игре… В самом её начале две команды становятся по обе стороны от поперечной линии поля, которую переходить нельзя, а игра состоит в том, чтобы перебросить на поле противника тяжелый, размером с человеческую голову, мяч-Олли, изготовленный нашими Чачальмеками [36] из сока драгоценного дерева Улле [37].

При этом, на боковых стенах поля закреплены два резных каменных кольца, и если одной из команд удается забросить мяч-Олли в одно из этих колец, она тотчас становиться победителем. Совершить это простому смертному удается крайне редко, потому что до мяча-Олли ни в коем случае нельзя дотрагиваться ладонями рук или ступнями ног – но только локтями, коленями, бедрами, плечом или другой частью тела …

— Но через всё это, мой тлазохтзин, тебе предстоит с честью пройти только через месяц, когда в Чичен-Ице состоится ближайшая игра тлачтли.

А пока… — неожиданно о чём-то чрезвычайно важном вспомнив, засуетилась Анакаона и решительно потянулась к своей походной сумке-хикуипилли [38].— А пока и для начала, тебя, любимый, надо просто освободить от оков! Для этого я даже принесла с собой все необходимые кузнечные инструменты.

С этими словами и наконец-то добравшись до своей хикуипилли, девушка выудила из неё огромную кувалду и зубило, склонилась с этими инструментами к ногам всё ещё расслабленно распластавшегося на ложе чужеземца и с завидным азартом, вызванным скорее полным отсутствием опыта и необходимых навыков в кузнечном деле, чем здравым смыслом и сноровкой, принялась наобум дубасить одним по другому, пытаясь таким образом самостоятельно расковать кандалы своего возлюбленного.

Не дожидаясь трагической развязки в виде его, жреца, неминуемого членовредительства, Тритон поспешил резко согнуться пополам и силой выхватить из рук своей незадачливой любовницы явно непривычные для них инструменты.

Та, учащенно дыша и уже с головы донного покрывшись густой и липкой испариной, особо и не сопротивлялась.

Завладев кувалдой и зубилом Тритон, как заправский атлантский кузнец-демиург, незамедлительно пустил их в дело. В результате и уже через минутку другую с ненавистными кандалами и цепью грапендеро было уже раз и навсегда покончено.