Всадник из будущего. Я вернусь.

Точно же! Как я сразу не понял! У Темучина голубые глаза и светлые волосы! Не черные, как у других монголов. А какие-то темно -серые. Вот что не вписывается. Ни хрена себе. Как так?" - подумал Тимур, осознав то, что его смутило при их первой встрече с ханом.

Да, у вождя монголов были голубые глаза. Вот это открытие! Хотя, разрез глаз и круглое лицо было один-в-один, как у остальных его воинов - монголов. Но все же он отличался от них внешностью. И тут же Тимур вспомнил, что где-то уже слышал байку о том, что Чингизхан был больше на русского похож, чем на монгола.

Так оно и есть.

"А что это значит, интересно. Надо бы у мудреца спросить. И спросить надо будет при всем честном народе прямо сейчас, после его сказки- рассказки. Посмотрим, что он на это скажем мне" - твердо решил Тимур.

Тимур стал дальше вспоминать. Великий монгол был на гнедой лошади тогда. Потом спешился и подошел к пленным меркитам принимать присягу. То же самое сделали и его сопровождающие.

"Кстати, я ни с одним его начальником еще не познакомился. А надо бы. Адгам их называет - нукер. Видимо, это должность при хане" - вздохнул почему-то Тимур и стал вспоминать дальше.

Увидев, что один из пленных не присягнул,вождь Темучин просто осмотрел его, Тимура, и отдал как трофей своему воину Адгаму. В принципе, ничего настораживающего не было. После этого Адгам получил по харе за то, что принял Тимура за раба. И многие монголы одобрительно смотрели на Тимура и даже кличку ему дали.

Хорошую, по его мнению - Черный Татарин. Тимур никакой ошибки в своих действиях не видел пока. Он помогал с ранеными, помогал хоронить павших, делал тренировки с Адгамом. Значит, пока что все идет хорошо.

"Скорее бы это все уже закончилось. Домой хочу. Ужас как. Одна надежда на мудреца. А надежда умирает последней" - Тимур почувствовал слезу щеке и смахнул ее.

Но мудрец Мунави заметил слезы черного татарина.

Закончив свой рассказ он обратился к нему. Все воины еще сидели вокруг и внимали его словам. Мудрец тихо произнес что-то по-монгольски, а потом по-татарски, обращаясь к Тимуру:

- Хар Татар, ты хочешь мне что-то сказать? Я вижу волнение в твоем сердце.

Тимур вздрогнул когда услышал свое имя. Все взоры были устремлены на него. Тимур почувствовал себя жалкой пташкой, мухой, залетевшей на горячий фонарь.