Фея и герцог

Но сейчас-то он не обращен! Ни одного признака, кроме полной потери контроля над разумом!

— Ваша светлость!

Платошка бросился под ноги Даниэля.

— Нет, — ахнула я от ужаса.

Несчастного домового ударило магической волной ярко-розового оттенка, и он кубарем откатился на несколько матров вместе с очнувшимися бандитами. Послышались хриплые стоны, кто-то негромко ругался.

Даниэль сомкнул удлинившиеся кости на шее поднятого парнишки и выдохнул голосом, от которого у меня внутри все заледенело:

— Сначала я убью тебя, а потом твоих друзей.

Глава 15

«Гибрид, потерявший контроль над второй ипостасью, неизбежно превращается в чудовище. Для него больше не существует моральных принципов и юридических законов, ведь его главная цель — защита пары. Иногда через убийство других существ, а иногда…»

Я потрясла головой и бросилась наперерез Даниэлю, чтобы остановить его от кровопролития. Инкубы, впервые убившие кого-то, никогда не возвращались в прежний облик. Они превращались в жестоких тварей, которые жили исключительно инстинктами.

И больше ничем.

— Эл!

— Отойди, Морриган.

Напряженный голос звучал рвано, а дыхание Даниэля вырывалось из груди клочками. Будто его силой выбивали из него палкой. Каждый удар — выдох. Потом снова вдох, пятисекундная тишина и долгожданный выдох.

Аромат ванили пропитал не только воздух, но и одежду, волосы, кожу. Проникал в поры, откликался горечью на языке, перехватывал горло, крал живительные глотки кислорода. Густой розовый туман стремительно заполонял все вокруг, выгоняя из домов и крохотных квартирок напуганных жителей.

Крики с просьбами о помощи остались где-то вдалеке, а я прислушивалась к свистящим хрипам Даниэля и предсмертному бульканью его жертвы.

Когти разрывали мягкую, податливую плоть на шее. Пальцы стискивали хрупкие кости до режущего по ушам треска. Фиалковые радужки поблескивали, а удлинившийся язык добрался раздвоенным кончиком до щеки дергающегося парня и слизнул кровь со слезами.

— Вкусно-о-о, — проурчал зверь внутри Даниэля. — Вкус-с-сная тварь…

Игнорируя тошнотворный запах ванили, я схватила его за руку и привлекла внимание.

— Эл, отпусти его!

Он посмотрел на меня пустым взглядом. Ни привычной тоски, ни нежности — там не осталось ничего знакомого и понятного. Только всепоглощающая жажда, в которой я тонула, как в вязкой трясине.

Я почувствовала, как колеблется внутри Даниэля магический источник. Он переливался всеми оттенками розовых и красных цветов. Истошный крик в голове умолял меня отойти.