Опричник

Вещая гадалка

Русское царство, Сергиев Посад

дом боярина Адашева

1572 год, 27 мая

Узнав, что Сабуровы одолели колдуна, да еще и не привели его живым, боярин Адашев впал в невероятно благодушное настроение и, поглаживая окладистую седую бороду, заявил молодым людям:

— Вот порадовали вы меня, братцы. Ох, уж порадовали. Просите, молодцы, чего надобно вам! Постараюсь наградить за труды ваши!

— Спасибо, боярин, но много нам не надо, — ответил Мирон, улыбаясь и показывая глазами на оборванную штанину и окровавленную рубаху.

— Одежу бы нам новую, в баньке попариться как следует да пару дней отдохнуть, пока раны не затянулись.

— И всего-то? — поднял брови Адашев. — За этим дело не станет, оставайтесь, сколько надобно. А одежу завтра справим на вас. С моим ключником на базар пойдете, да и возьмете, что пожелаете. Он заплатит.

— Благодарствуем, Федор Григорьевич, — так же подхватил Василий и, указав взором чуть в бок, где на лавке в углу тихо сидела Людмила, добавил: — Еще девица с нами монастырская, нам бы для нее лошадь какую подобрать, а то ей с нами дальше ехать.

— Да за чем дело стало? — кивнул Адашев. — Любого коня из моей конюшни выбирайте, кроме моего Храбреца. Я скажу конюхам, они вам и седло, и сбрую к нему подберут. Да и поселим вашу монашку в отдельной горнице, чтобы вам сподручнее было.

— Вот и спасибо, — кивнул Мирон.

Как и обещал боярин Федор Григорьевич, Сабуровых поселили в просторную горницу на втором этаже высокого терема. Людмила заняла небольшую свободную комнатку на третьем этаже под крышей, где располагались горницы девиц — дочерей боярина.

На следующий день Мирон и Людмила отправились с ключником Адашева на широкий многолюдный базар, расположенный неподалеку от стен Троицкого монастыря. Поначалу ключник и молодые люди ходили вместе. Но вскоре, видимо, присмотрев, что ей нужно, Людмила выпросила несколько рублей серебром у ключника и отправилась по базару сама.

Пока Мирон примерял новые темные холщовые штаны с кожаной внутренней вставкой, чтобы не натирать ноги во время долгой езды верхом, и две рубашки изо льна, ключник боярина терпеливо дожидался его у одежной лавки.

Когда Мирон появился в обновках, он увидел Людмилу, которая уже была приодета. Пройдясь удивленным взором по девушке, Мирон отметил, что ее монашеский узкий подрясник разрезан снизу на четыре части вдоль до бедер, а из-под него виднеются темные плотные мужские штаны, облегающие ноги.