Невидимой нитью

Во второй — ее чуть не стошнило, но успела выскочить на свежий воздух, будучи в хвосте послушниц. В третий раз случилось все самое худшее из ее опасений. Глаза всегда доброй настоятельницы сверкали в гневе, с алтаря до самого притвора пронеслись шепотки испуганной стайкой.

«Ведьма. Проклятая. Прокаженная».

Настоятельница, разумеется, ни во что из этого не верила, оставаясь в любой ситуации мудрой женщиной, но непослушную девицу обвинила в нежелании, неблагодарности, подстрекательстве и смуте. Горькими слезами вымаливала у нее Фрэн прощение, но наказание отбыть все равно пришлось.

От стояния на коленях ломило все тело, голод точил последние силы. Смех послушниц раздражал, порождая в душе злость. Не на них, на весь мир, ополчившийся против.

«Господи Боже, если ты слышишь… ах, если бы ты только слышал!», злые мысли врывались даже в святые молитвы. «Избавь меня от этих мучений».

Затем Фрэнсис непременно становилось стыдно за собственную слабость, и она добавляла: «Дай сил выдержать все тягости и лишения, дай сил вытерпеть нескончаемый голод, дай сил побороть эту слабость».

Услышали ли зов несчастной не небесах неведомо, но сердце настоятельницы дрогнуло от жалости к подопечной. Самой старательной из всех, кого ей довелось видеть в стенах этого монастыря.

— Подойди ко мне, дитя мое, — Матушка похлопала по скамейке рядом, приглашая Фрэн. — Мы отрешены от мира, каждая из нас поклялась посвятить свою жизнь одному — служению Всевышнему. Но ты так и не давала клятвы, потому я подумала, что может это сам Отец ниспослал тебе шанс.

С этими словами настоятельница протянула Фрэнсис конверт, разумеется, вскрытый.

— Подумай хорошенько, прежде чем принять свою судьбу. Вижу, тебе здесь тяжело, но будет ли там легче?

Матушка в белоснежной рясе ушла, оставив ее одну. По обрывкам сургуча угадывалась печать Дорсет-холла.

«Неужто матушка передумала? Или опять им что-то от меня нужно?», недоверчиво Фрэн оглядела конверт и наконец решилась вынуть сложенный листок.

Размашистый почерк был совсем не похож на стиль письма леди Коллет. Стройные ряды, буквы исполины, подпись Деррика Брайона. Сердце Фрэн зашлось часто-часто.

«Узнал ли правду?»

***

— Если ты пришел с плохими вестями, убирайся прочь, — не глядя на вошедшего, процедил Деррик. В том и надобности не было, лучшего друга он мог узнать по шагам.

Кевин Хардман притворно схватился за грудь, но не устрашившись, занял соседнее с хозяином замка кресло.