Вязь времен-1. Игра воображения

Ехал к Фридриху с посольством - вот, завернул в эту глушь, взглянуть, как у тебя дела. Освоилась?

-Вполне, - наш легкомысленный диалог доставлял мне истинное наслаждение. Оказывается, встретить земляка на чужбине - действительно приятно.

-Ну-ну, - он оглядел меня с неподдельным интересом, - еще побеседуем попозже.

Пока Алеша прохаживался по залу, незаметно налаживая контакты с местной знатью, я лениво наблюдала за его передвижениями.

Как он умудрился сделать карьеру с такой наружностью - загадка, но это удалось ему на все сто.

Лешка блестяще опроверг тезис о том, что при дворе Елизаветы достигают успеха лишь атлетические красавцы с безмятежными румяными физиономиями. В глазах князя Черевина пряталась задумчивая ирония, снискавшая ему, как я подозреваю, расположение императрицы.

А потом она уже не обращала внимания на вызывающую клоунскую некрасивость его облика. Ей не было дела до его оттопыренных ушей, длинного носа с картофелинкой на конце, неожиданно толстых губ и множества других деталей…На которые в свое время не обращала внимания и я.

Кратковременный роман, происшедший некогда между нами, я до сих пор вспоминала с теплым чувством. И, в общем, могла понять «дщерь Петрову».

Я так и не разгадала, была ли Алешина ироничная мудрость врожденным качеством, или он приобрел ее при каких-то особых обстоятельствах. На прямые вопросы по этому поводу он, обыкновенно, заявлял, что «вечен, как дух Фландрии», оттого и безгранично мудр.

И никому другому я бы так не обрадовалась сейчас, как ему. Ближе к вечеру нам удалось под приличными предлогами удрать из дворца и закрепиться в кабачке на рыночной площади.

-Похорошела, - констатировал Наблюдатель, уполовинив одним глотком кружку пива, -Одухотворенности набрала, и глазки блестят. Влюбилась?

-Может быть, - я загадочно улыбнулась, и немедленно была разоблачена.

(Нет лучших «подружек» и советчиков, чем бывшие любовники. Лешка снова подтвердил эту нехитрую истину.

)

-Никаких «может», - уверенно объявил «земляк», разглядывая меня с дружеской бесцеремонностью, - Белобрысая орясина, что так угрожающе торчала за твоей спиной, и есть предмет страсти?

-Почему именно он?

-Ну, ты же не будешь утверждать, что запала на сусального ангелочка с бархатными глазками?

-На Шметтерлинга, что ли? - меня разбирал безудержный смех.

Лешкины глаза изобразили комический пируэт, и застыли по обе стороны носа.