Надпись на камне

По крайней мере, голос его уже не звучал столь дерзко и вызывающе.

- Давно, - односложно бросил он. – Еду спускает слуга. Наружу мне незачем.

- Как давно?

- Откуда мне знать? Месяц или два. Часов у меня здесь нет. Окон тоже.

- Ты лжешь, - покачал головой каноник. - Если бы ты сидел здесь столь долго, в замке давно бы уже почувствовали твою алхимическую вонь. Но мы уловили ее лишь пару дней назад.

- Во-первых, никто не давал тебе права обзывать меня алхимиком. Даже твоя сутана. Во-вторых, я не знаю, что вы там уловили.

Граф сказал мне, что здесь отменная вытяжка. Правда, недавно я и сам почувствовал, что что-то не так. То ли мертвая птица застряла, то ли еще что. Может, аисты. Они любят жар наших атаноров.

- Наших? Стало быть, ты здесь не один?

- Странный вывод. Разумеется, один. Настоящий философ всегда один. Лишь кривляющиеся скоморохи склонны сбиваться в стаи.

- А что за слуга спускал тебе пищу и вино? Он может подтвердить твои слова?

- Конечно, может. Правда, лица его я не видел. Голос только. Вон через люк в потолке спускал.

Высоко, лица не разглядеть.

- А если бы он вдруг пропал – как бы ты выбирался?

- Через ту дверь, что вы только что выломали. Но это в самом крайнем случае, при пожаре или угрозе голодной смерти. Так я обещал графу.

Каноник внимательно разглядывал гранитные жернова на столе, измазанные белым порошком, корзину в углу с привязанной к ней веревкой, уходившей высоко вверх, под потолок. Как будто всё подтверждало слова сумасбродного старика.

- Мы должны удостовериться, что ты и в самом деле не колдун.

И что не хранишь при себе ничего богохульного.

- Удостоверяйтесь, коль должны. Omnia mea mecum porto.*

* Лат. «всё свое ношу с собой».

- А что это за белый порошок на гранитной мельнице? – поинтересовался Дамиан, пока каноник перебирал сваленный на полу хлам: черепки, куски стекла, обломки песчаника и неизвестной горной породы розоватого цвета.

- Шарантская глина, - нехотя ответил старик.

- Глина?

- Да, глина. Ты глухой или недалекий?

- И зачем тебе глина?

- А зачем тебе голова? Для глупых вопросов?

- Что же в них глупого? – без малейших признаков гнева пожал плечами Дамиан, обычно болезненно самолюбивый.

– Разве глина бывает белой?

- Как видишь, бывает.

- Ну допустим. Однако, если ты и в самом деле философ, скажи, что думаешь про пятую сущность, квинту эссенцию?

- Кто ты? – подозрительно покосился на Дамиана старик.

- Магистр медицины из Монпелье. Помощник мэра Бордо, мессира Биская, с особым поручением от него.