Александр Грозный. Исчадия Ада.

Да и лучше тут земли. По тому же Северскому Донцу не живет почти никто. Боятся селиться. То ногаи, то печенеги, по половцы. Вот и забирайте земли эти и далее.

- Что значит – «забирайте»? А земщина?

Санька поморщился и отрицательно покрутил головой.

- Блажь всё это. Дурь. Брат твой с Сильвестром придумали глупость. Хотели бояр возмутить и возмутили. Да я не Иван Васильевич, царство ему небесное. Меня не взбаламутишь. Не пойду я бояр бить, Фёдорыч.

- Да как же так, государь?! Ведь бунт! Измена! Казнить надо смутьянов!

- А кто воевать будет? Самые буйные и высокородные: Шуйские, Мстиславские - попытаются сейчас удрать в Литву.

Гнаться за ними прикажешь? Зачем? Новгородцы и Псковитяне всыпят им перца на хвост. Уговор у меня с ними. А тех, кто останется и повиниться – прощу. Пусть служат Руси. Верну им вотчины, но новых прикупать запрещу.

- Как вотчины?! – возмутился Адашев. – А мы. Как же мы, государь? У нас вотчинных земель нет. Снова бесправие?

- Тихо ты, Даниил Фёдорыч! – нахмурился царь. – Или я невнятно говорю? Забирайте земли, говорю.

Что тут не понять? Только, где вы людишек брать будете?

- А с Литвы призовём! Вон, Андрейка Курбский говорит, что ляхи церкви православные католикам отдают. А жиды у них налоги собирают.

- Правильно, - кивнул головой государь. – Но уговор помнишь? Крестьян не кабалить!

- Черкесы многие хотят здесь поселиться. Просились.

- И это верно. С Кавказа всех желающих сюда переселить.

Санька наконец-то вспомнил, что хотел обмыть вспотевшее тело.

- Заболтал ты меня, Фёдорыч.

Пошли обмоемся.

Адашев пожал плечами.

- А я уже и высох почти.

Санька сплюнул и махнул рукой.

- А, ну тебя. Марту попрошу слить из ведра.

- Холодная вода уже в колодце. Тут такие ключи студёные бьют, что и летом зубы сводило. Ты б, государь, поберёг спину-то. Застудишь ещё…

- Ага, - подумал Санька. - Не вскипела бы водица от меня. Я сейчас сильно разгорячённый.

При строительстве дворца Александр не стал «мудрствовать лукаво» и городить водопровод и ватерклозеты на всех этажах, как в Московском дворце.

Надоело ему заморачиваться водосборниками на крыше, от которой без нормальной гидроизоляции разрушается конструкция здания. Для гостей имелась специальная туалетная комната с индивидуальными кабинками, оборудованными керамическими дерьмосборниками, кои выносились слугами. Сия должность при дворе являлась почётной и хорошо оплачиваемой. «Сократив» её – Санька лишил бы кого-то и заработка, и почёта, а потому не стал ничего менять.