Воля Луу-тенгри

Воля Луу-тенгри

Артём Демченко

Воля Луу-тенгри

Старцы говорят, что зима – это самая суровая и беспощадная пора среди остальных времён года. И, нужно признать, что их поверья возникают отнюдь не на пустом месте: пёстрые золотистые поля покрываются толстой периной снега, затмевая только появившимся колосьям свет; по опустевшим улицам городов и деревень гуляет сухой холодный ветер, отмораживая покрасневшие на морозе щёки случайных зазевавшихся прохожих. И лишь редкие солнечные лучи, пробивающиеся сквозь пушистые перины облаков, опаляют верхушки елей и сосен, покрытых толстым снежным одеянием.

Пожалуй, единственным местом, ещё не до конца подчинившимся воле матушке- зимы, была бурная речка Трубеж, никогда не замерзавшая до конца даже в самые лютые морозы. Вдоль её широкого русла аккуратными шеренгами выстроились тонкие толстолапые осины, еле слышно шелестевшие своими голыми ветвями. Летом это место было лакомым кусочком для рыбаков: когда последние крупицы снега растворялись на тёплых солнечных лучах, освобождая задорные речные потоки, десятки рыболовов приходили сюда с сетями и терпеливо ожидали улова в надежде поймать удачу за хвост.

Единственной живой душой в этом неприветливом месте был только наш герой, – Хранитель Добра – который, наслаждаясь пребыванием в своём родном обличии, стоял на толстой ветке одинокой колючей сосны и наблюдал за восходом ярко-жёлтого солнечного диска. В последнее время одна мысль без конца тревожила его светлый разум: с юга вновь доносился запах гари – орды монголов могли вернуться со дня на день.

И хотя с битвы на Калке прошло уже четырнадцать лет, чувство надвигающейся опасности ни на секунду не покидала разум дракона.

Проведя острыми когтями по высохшей коре дерева, Хранитель Добра махнул хвостом и спрыгнул с ветки. Расправив могучие широкие крылья, он полетел к виднеющимся вдали силуэтам величественных городских башен и стен, деревянный каркас которых дополнял отчуждённый зимний пейзаж.

«Родных нет, а по родимой сторонке сердце ноет». Пожалуй, эта пословица как нельзя кстати описывала состояние

дракона в тот момент. Сколько пристанищ ему пришлось поменять за всё это время – не счесть. Он смиренно нёс своё тяжкое бремя, шагая от руин одной империи к фундаменту другой, стараясь оказать посильную помощь тем, кто нуждался и верил в добро.