Черный пес Элчестера. Том 1

Я не бедный незаконнорожденный Харальд, и на нашу помолвку прибывает сам король. Я слышал звук рога… быть может, его величество уже в замке. И очень скоро в приходской книге замковой капеллы появится запись: «В лето Господне 1130 от Рождества Христова, июня такого-то дня, сочетались законным браком раб Божий Фрэнсис, лорд Элчестерский, и раба Божья Фредерика, леди Уэлчерста». – Молодой человек нежно улыбнулся, поднеся руки возлюбленной к своим губам. – Уверяю вас, миледи, я жду этого с нетерпением.

– Я тоже, Фрэнки… – нежно шепнула Фредерика, опуская глаза.

– И всё равно, меня всегда убивала бессмысленная жестокость… Вы можете понять поступок Гирта?..

Издали, сквозь вой бури, вдруг донёсся тяжёлый, размеренный бой: часы главной башни отсчитывали удары. Семь…

– Понять?.. – Фрэнсис вздохнул и откинулся на спинку стула. – Отчасти. У меня самого есть незаконнорожденный брат, Ричард, младше на два года. Моё чувство чести всегда задевало, что отец нарушил верность памяти матушки, осквернив своё ложе блудом… хотя это лучше прелюбодеяния[1].

Брат словно бы воплощал собой некий вызов достоинству нашей семьи… Но, с другой стороны, бедняга в этом не виноват, не так ли, моя дорогая? К тому же мне ли судить милорда, если, скажу честно, до встречи с вами я и сам не гнушался развлечениями с крестьянскими девками и служанками. И те, и другие были, как вы понимаете, отнюдь не строгого поведения… – Лорд запнулся и, с тревогой вглядываясь в глаза невесты, спросил: – Надеюсь, моё признание не оттолкнёт вас? Ведь это были всего лишь крестьянки, и у меня нет от них бастардов.

– Всего лишь крестьянки, – пожала плечами, улыбнувшись, Фредерика. – Прилично ли леди к ним ревновать? Наоборот, я благодарна вам, Фрэнки, что вы честны со мной. Но вы хотели что-то добавить?

Фрэнсис с видимым облегчением улыбнулся в ответ и продолжил:

– Я даже просил отца, коль скоро он признаёт Ричарда, выделить ему хотя бы немного земли из нашего феода… Отвечать за свои прегрешения должны мы, а не наши дети… Отец, а не мой бедный брат.

– Почему же вы никогда не рассказывали мне о вашем брате?.. – Фредерика изумлённо приподняла бровь.

– Мне запретил отец. Он полагал, что ваша семья, узнав об этом грязном пятнышке на нашем гербе, откажет в вашей руке…

Девушка нахмурилась. Лицо её, ставшее внезапно очень строгим, озаряли блики пламени, золотыми тенями плясавшие в волосах…

– Он был прав, – негромко произнесла наконец леди Уэлчерстская.