Обреченный - это судьба.

А уж догадаться, как сильно выделялся Брандт на их фоне и говорить не надо. Одних только сказок и страшилок про нелюдей было столько, что о хорошем отношении можно было сразу забыть. Добавить сверху еще и зависть к его силе и здоровью - и можно было спокойной пару золотых ставить, что его уже заложили или заложат в самом скором времени.

- Ну же! Соберись!

- Оле, пожалуйста, хватит. - устало ответил Брандт, показывая на завалившуюся тележку, зажавшую его цепи. - Куда я с “этим” добром отсюда денусь? Пора бы уже и мне отправится к духам предков.

- Вставай, шерстяная ты скотина! Вставай и борись до конца! - Он подталкивал избитого раба в спину, одновременно стараясь поднять упавшую на землю вагонетку. - Было видно, как напряглись тонкие жилы мышц на его руках и ногах, но сил явно не хватало. Обернувшись, он рявкнул на бездействующих вокруг рабов: - НУ ЖЕ! БАРАНЫ! ПОМОГИТЕ!

Его короткий крик, казалось, запустил время вокруг. Стоявшая в оцепенении половина невольников всем скопом ломанулась помогать.

Оно и ясно - если выбирать, кому они больше желали смерти - рабу, пусть и полузверю, или надсмотрщику, что каждый день по поводу и без избивал их, то выбор был ясен. За секунду вагонетку вернули на рельсы, а еще через одну - закинули внутрь обалдевшего от неожиданной помощи получеловека, вместе с ключами от цепей, сорванных с тела умершего.

- Так то лучше - с выдохом проговорил Оле (именно так звали друга Брандта). - А теперь нам надо…Он не успел договорить, как на ближайшем склоне началось движение и он увидел пятерых вооруженных охранников, что бежали в его сторону.

- Что? Где они?! - были слышны обрывистые возгласы местной стражи.

Ситуация вырисовывалась аховая - бежать, да еще с не пришедшим в себя после избиений Брандтом, было решительно некуда, а бросать своего друга Оле явно не собирался. Подобрав с земли камень, он несколько раз прицельно ударил по одному из задних колес, после чего от него отвалилась какая-то деталь.

Жавшиеся к стенам рабы с нескрываемым удивлением смотрели, как он толкнул тележку в сторону шахты, а после и сам в нее запрыгнул. Вагонетка под собственным весом и двумя пассажирами начала с грохотом ускоряться. Скрежет стоял такой, что сидящий внутри Брандт с криком схватился за уши. Его слух намного превосходил человеческий, из-за чего эта гонка начала доставлять ужасный дискомфорт уже в самом начале.