Берег Живых III - Выбор Богов, Книга 1

Вот почему Перкау направил его в пески на посвящение, которого царевич мог и не пережить. Среди всех возможных союзников единственным, к кому мог сейчас обратиться Хэфер, было отверженное Божество, даровавшее ему Свою Силу. И за эту Силу Ануират теперь отталкивали его! Но притом сами помочь были не готовы…

— Так не может быть, — выдохнула она прежде, чем царевич успел что-то ответить. — Так неправильно!

— Так всегда было, — тихо подтвердил Хэфер, качая головой.

— Разве же это справедливо?!

— В тебе говорит любовь, девочка моя, — мягко произнесла Берниба.

— От верной супруги царевича, от той, кто спасла его, я и не ожидала иного. В нас же говорит долг — перед Империей, перед родом Эмхет. Перед всем родом. День, когда Ануират примут чью-либо сторону, возвысят одних детей божественного Ваэссира над другими, может стать последним нашим днём.

— Ты, стало быть, полагаешь, что за моей смертью стоят другие Эмхет? — глухо проговорил Хэфер.

Тэра хотела было возмутиться, но он почувствовал и мягко удержал её за руку.

— Враг в Доме Владык — так ты сказал сам, — тихо ответила Верховная Жрица. — Но кто бы то ни был — это не наша война. Мой долг — заботиться об общине и о древних заветах, по которым живут оба наших рода.

— Старейшины просят о времени, но на самом деле всё уже решено, не так ли? Вы откажете мне.

— Мало что может вызвать страх у Ануират. Ты… напугал их, не скрою. Они не привыкли к такому… Будет ещё совет и не один, пока гонцы несут твою весть Владыке.

— Ты и сама не веришь, что ответ будет каким-то иным, — покачал головой Хэфер, инстинктивно сжав руку Тэры в своей.

Берниба отвела взгляд, да подтверждения и не требовалось.

— Господин мой царевич, — подал голос Сехир, поднимаясь с циновки. Мать не стала останавливать его. — Верховная Жрица нарушила традицию, и ты узнал моё имя и моё лицо раньше срока. Я действительно был выбран и обучался как один из твоих будущих стражей. Но даже если ты никогда не станешь Императором, а я — одним из Восьми, я готов быть твоим телохранителем, что бы ни решили старейшины.

Воин говорил искренне, и сердце Тэры радостно встрепенулось. Надежда есть!

— Тебя изгонят из общины, Сехир, — возразил Хэфер. — Из твоей стаи…

— А то я не знаю, — отмахнулся Ануират, снова садясь. — Зато я буду жить, зная, что сделал всё, что мог.

— Да, вот такой он, мой Сехир, — грустно улыбнулась Берниба, но в её интонациях Тэра отчётливо уловила нотки гордости.