Средневековая история. Чужие миры

Позвали, честь честью, накормили, расспросили о новостях и уложили спать. Правда, на сеновале, но в дом Ганц и сам бы не пошел.

Иногда сеновал – лучше.

Особенно если тебе кто-то да составит компанию…

***

Измена жене?

Ошибаетесь, господа. Первое – это не измена, он на задании. Если точильщик откажется от дармового женского тела, это будет не просто подозрительно, это шок будет. Мигом спалит всю легенду!

И второе.

Чего жена никогда не узнает, то ей и не повредит! Никто ведь не расскажет!

С тем Ганц и принялся мять сеновал с симпатичной пухленькой молодухой.

Видел он ее днем, и мужа ее видел – как есть, обмылок! Грех тут бабьему горю не помочь, а то ведь так и увянет, без пользы и радости1

Вот! Считай, не измена супруге, а акт милосердия! По отношению к другой женщине, но ведь понять надо! Его-то супруге и так повезло!

С этими мыслями Ганц и приступил к важному делу – добыванию информации.

***

Кто сказал, что от мужчин надо получать информацию в постели?

Женщины? Ага… им виднее!

Но обычно мужчин после этого самого тянет или поесть, или поспать.

Но уж всяко не на разговоры. Есть исключения, но их мало!

А вот у женщин словно заслонка в одном месте открывается! И говорят, и говорят, и говорят…

Вот и Шура, так звали молодуху, языком молола, что помелом махала! И говорила, говорила, говорила…

Ганц, скрипя зубами, прослушал все деревенские сплетни, и наконец…

О, это чувство ныряльщика, который выловил здоровущую жемчужину!

– Ликса вообще уехала! Небось, богатенького себе нашла…

Ганц навострил уши.

И быстренько выяснил, что Ликса сама не из богатенькой семьи. А так… очень средней. Вроде как и вкалывают там родители, а поди, десять ртов прокорми! Раньше Ликса за всеми ходила, небось, и в прислуги-то подалась, чтобы от мелких отдохнуть, теперь, вот, сестра ее… Марька…

Ганц запомнил имя, и перевел разговор. А потом и вовсе делом занялся. Ни к чему оставлять такую память у дамы.

Пусть лучше какие столичные ухватки выучит…

Да, и вот так – тоже хорошоооооо…

***

Марька…

М-да, ежели сестра на нее похожа… была?

Или есть?

Ганц почувствовал, как шевельнулось… да, именно там! И это несмотря на супружескую верность и бурно проведенную ночь. Но девушка была – потрясающая!

Родится же такое на земле!

Фигура – не хрупкая, крестьянки такими не бывают. Но и не толстая, а в самый раз.