Танго с призраком: Орильеро. Канженге. Милонгеро

Из мобиля вышел мужчина, подал руку даме в темно-синем платье. Вышел второй мужчина, третий… сердце глухо стукнуло.

Что случилось, Тони?

Но девушка и сама не знала. Она отошла от окна и принялась медленно спускаться вниз.

Альба и Паулина были уже внизу, равно как и ритана Розалия. Тетушка в темно-лиловом платье, Альба в белом, Паулина в светло-розовом. Антония в желтом рядом с ними проигрывала по всем статьям. Волосы она стянула в непритязательный узел, причем с такой силой, что глаза выпучились, а прыщи стали еще ярче.

Да и цвет ее не красил, и фасон. Паулина была чуточку полновата и платья были скроены так, чтобы показывать грудь и не подчеркивать талию. А вот у Антонии груди особо не было. Зато талия была тонкой… сейчас все ее достоинства были успешно скрыты. А по вырезу Антония прошлась ваточкой, смоченной настоем, благодаря про себя мастера Доменико.

Восхитительно, просто восхитительно!

Россыпь прыщиков на белой коже изумительно гармонирует с желтым цветом платья…

Чучело?

Пусть так! Зато жива, цела и на свободе!

Первым в комнату вошел тан Эрнесто под руку с миниатюрной дамой.

Антония вздохнула про себя.

М-да, так ей никогда не выглядеть.

Дама была белокожей блондинкой, наверное, чуть за сорок, но выглядела она лет на десять моложе. Бледно-лиловое платье делало ее похожей на ирис, и даже запах духов был таким же…

Ледяной ирис, – подумала про себя Антония.

Из образа выпадало только выражение глаз дамы. Красивых глаз, бледно-голубых… только вот в них светились не любовь, дружелюбие, радость…

Расчет и холодность.

Что ж, Антонию это ничуть не волновало. Вас же не волнуют чувства змеи в террариуме? Насмерть не закусает, остальное – неважно!

В противоположность ей, тан Эрнесто улыбался. Вот ведь проблема!

Темный маг так и лучится дружелюбием. А его супруга, явно не маг, попросту замораживает всех вокруг. Интересно, почему так получается?

Ритана Розалия разулыбалась.

– Барба, милая…

– Рози, ты сегодня прелестна…

Дамы обнялись, поцеловались и задрожали раздвоенными язычками.

Нападут?

Удержатся?

Да кто ж их, гадюк, знает? Во всяком случае, ритана Розалия держалась намного спокойнее и увереннее. Видимо, саше помогло. Долорес дряни не делала. Тем более для Антонии, которую считала пусть приемной, но внучкой.

Молодого человека, который вошел следом, Антония окинула незаинтересованным взглядом.

Копия отца.

Симпатичная, но… недосоленная, что ли? Пресный он какой-то.