Танго с призраком. Милонгеро

 – И меня тогда… тоже.

Переглядки продолжились. И на этот раз сдался Дамиан.

– Мне пришлось бежать. Иначе убили бы.

– А меня хотят посадить в тюрьму. Подделка документов, жизнь под чужим именем…

И снова молчание.

Потом Дженио шагнул вперед.

– Надеюсь, ты меня не сожрешь.

– Полагаю, мы сможем быть друг другу полезны, – согласился Дамиан. – Поговорим?

– Давай попробуем.

За кинжалом, который резал веревки, Дамиан следил достаточно настороженно. Но вреда ему причинять никто не собирался, и спустя десять минут мужчины заняли места у костра.

– Шкура сохнет, но огонь мне нравится.

– Как с тобой вообще такое произошло? Ты ж не у папы-мамы такой родился?

Дальмехо подумал, что Хозяин с него шкуру сдерет. А потом махнул рукой…

И так ведь сдерет, так какая разница? За один проступок, за два… отвечать все одно придется. Вот и нечего тут ломаться, как девушка перед гусаром!

– Родился я как раз нормальным. У нас в семье даже слабый магический дар был… не у меня.

– Сильно доставалось? – понимающе уточнил Дженио.

Дамиан фыркнул.

– Не доставалось. Меня просто не видели. В упор не замечали, словно и нет меня.

– Понятно. Это плохо…

– Поэтому, когда ко мне пришли и предложили получить силу… ладно-ладно! Попробовать ее пробудить!

– Конечно, ты согласился, – кивнул Дженио.

– А ты бы отказался?

– Да вперед бы визга побежал!

Дамиан печально кивнул.

– Вот и я… побежал.

– И… это там сделали?

Мужчина поежился, но отвечать не стал.

О чудовищном чреве, в которое ты заходишь?

О боли, которая пронизывает каждую клеточку твоего тела…

О черноте, которая заполняет разум, и ты кричишь в пустоте, не зная, жив ты или умер…

О… о том, как ты выходишь наружу, но больше внешнего вида тебя шокирует другое. Другое сознание, живущее внутри тебя.

Рассудочное, холодное, злобное – и вечно голодное.

Угорь.

– Вот, – Дамиан молча отодвинул лохмотья с живота.

Голова угря приветственно мотнулась.

– Можно? – протянул руку Дженио.

Дальмехо вздохнул. И кивнул.

Угорь оказался холодным и противным на ощупь. Но чувствовался вполне живым. И – частью человеческого тела.

– Жуть жуткая!

– Я это понял слишком поздно, – кивнул Дальмехо. – А потом… надо было повиноваться. Надо было – и я делал.

– А почему сбежал? Я ведь правильно понимаю, ты такой не один?

Дураком Дженио не был.