Средневековая история. По праву короля

Чуть раньше, чуть позже, значения не имеет, зато у него останется иллюзия выбора.

Не ты его ногами запинал, сам он все рассказать решился.

Так что Лорт молчал, и только когда Эран шевельнулся, готовясь что-то сказать, веско уронил:

– Обещаю. Полное королевское помилование.

Такими вещами в Уэльстере не шутили. А Альтрес был одним из тех немногих, кто мог и пообещать, и сдержать слово. И Корвус решился.

– Один… достаточно близкий мне человек в свое время подался в наемники. И написал мне.

– Даже так?

– Да, Альтрес. Именно так. А зная, что я потребую причину, и простыми уговорами меня не убедишь, он намекнул, что в столице ожидается… нечто. Серьезное и крайне неприятное для оказавшихся рядом.

Альтрес хмыкнул.

– И все? Ни имен, ни чего-то… более интересного? Корвус!

Граф Эран покачал головой.

– Упоминается хозяин, хозяйка, но и только. Ни имен, ни титулов. Альтрес, клянусь.

Лорт поверил.

– Кого мне помиловать, если что?

Корвус вздохнул, потом решился.

– Мой бастард. Эргес Ран. Он хороший мальчик, Корвус, неглупый, добрый, но это судьба наемника. Ты воюешь за тех, кто тебе платит, и спрыгнуть с бешено летящего коня уже не удастся.

Альтрес кивнул.

– Корввус, мое слово. Если Эргес Ран выживет во всей этой свистопляске, я дам ему помилование.

– Спасибо, Альтрес.

– Пока еще не за что, Корвус…

– Думаю, все еще впереди.

Теперь настала пора Альтреса помолчать и подумать.

А чего он, в самом деле, хочет? Чего?

Сорваться с места и поехать к Гардвейгу?

Остаться и ждать, чем все закончится?

Предпринять что-то еще?

Альдонай его знает!

– Дишан должен доложить его величеству о ситуации в стране, – наконец разродился Альтрес. – Гардвейг не дурак, определенные меры он примет. Да и сплетни эти ему не понравятся.

– Доложен – или доложит?

– Должен доложить.

– Рискуя нарваться на гнев его величества? Ты знаешь его лучше, Альтрес, он настолько храбр и смел? Я не трусливый человек, но Льва Уэльстера побаиваюсь даже я.

Настала пора задуматься и Альтресу Лорту. Дишан все же побаивается Гардвейга, его все побаиваются. У Альтреса были определенные преференции, он все же молочный брат короля, они столько с ним прошли, а вот у Дишана никаких гарантий нет. Только изменчивая королевская воля.