Фантастическая сага

Мягко выражаясь, у него полное отсутствие такого стремления, да плюс к тому он отказывается делать что бы то ни было, пока его не освободят. А это тоже немаловажно.

– Немаловажно! – сказал Барни и почувствовал вдруг непреодолимое желание вырвать у себя клок волос. – Представляю себе этого волосатого психа с его топором на углу Голливуд-фривей и Вайн-стрит. Об этом не может быть и речи!..

– Если мне позволят внести предложение… – сказал профессор Хьюитт, внезапно прекратив свое бесконечное хождение и повернувшись к Барни.

 – Если доктор Лин вернется с этим аборигеном в его время, то у него появится отличная возможность вести обучение английскому языку в привычной для викинга обстановке, что должно ободрить и успокоить его.

– Однако это совсем не ободрит и не успокоит меня, профессор, – холодно заметил Лин. – Жизнь в те времена была жестокой и очень короткой.

– Я уверен, что можно принять предохранительные меры, доктор, – сказал профессор, возвращаясь к своим вычислениям.

 – Мне кажется, что филологические перспективы в данном случае значительно перевешивают фактор личной безопасности…

– В этом вы, несомненно, правы, – согласился Лин, устремив невидящий взгляд в дебри существительных, корней, падежей и склонений, давным-давно скрытых под пластами времени.

– …не говоря уже о том, что в этом случае временно?й фактор может быть изменен так, как это нужно нам. Господа, мы можем сокращать время или растягивать его до бесконечности! Доктор Лин может потратить на обучение Оттара десять дней, десять месяцев или десять лет, оказавшись в эре викингов, а после того как мы вернемся за ним, с нашей точки зрения пройдет несколько минут.

– Двух месяцев будет достаточно, – огрызнулся Лин, – если вас интересует моя точка зрения.

– Ну вот и отлично, – сказал Барни. – Лин отправится в прошлое с викингом и научит его английскому языку, а мы прибудем со съемочной группой через два месяца по викинговскому времени и приступим к съемкам фильма.

– Я еще не дал своего согласия, – ответил Лин. – Опасность…

– Интересно, насколько это приятно – быть величайшим и единственным во всем мире специалистом по старонорвежскому языку? – вкрадчиво спросил Барни, уже успевший приобрести некоторый опыт в общении с академическим умом, и отсутствующее выражение на лице Лина показало, что стрела попала точно в цель. – Отлично! Подробности мы обдумаем позже.