Ричард Длинные Руки – курфюрст

Мы, люди, должны смести их с лица Земли! Чтобы наши внуки жили спокойно!

Я поинтересовался:

– А где зеленые?

Он протянул руку в сторону леса.

– Вон там! Даже не прячутся. Сразу же за первыми деревьями. Солнца не очень любят, жабы проклятые!

– Высыхают быстро, – объяснил я.

– Вот-вот, а в дождь так и вообще ходят у нас между домами, скот забирают!.. А наши сидят за дверьми и дрожат, на все крючки и запоры закрываются.

Я сказал:

– Тогда действуйте! Я здесь проездом, но мне как раз в ту сторону.

Мужик посмотрел на меня недоверчиво.

– Хорошо, если так. Спасибо на добром слове! И один такой… с мечом и луком – помощь… Эй, парни, двинулись! Не расходиться, держаться вместе, прикрывать друг друга!..

Он поехал сбоку, поглядывая, как они двинулись молча, злые и решительные, сжимая в руках крестьянское оружие.

Мужик оглянулся на парня.

– Ты остаешься?

Я сказал ему:

– Оставь этого политкорректника.

– Кого-кого? – переспросил он.

– В моем королевстве, – объяснил я, – трусость называют политкорректностью. Ну, чтоб не так стыдно. Тогда как бы и не трусость…

– А-а, – протянул он понимающе, – значит, остатки совести еще остались.

– Но их быстро затаптывают, – сказал я, – без совести жить спокойнее.

Парень, покраснев до корней волос, ухватил длинный кол с острым концом, обугленным в костре для крепости, побежал за отрядом.

Мужик ухмыльнулся.

– Иногда те остатки могут разгореться в костер.

– Иногда, – согласился я. – Жаль, что совсем иногда.

Глава 7

Толпа крестьян, бестолково гогоча, как глупые гуси, поперла в сторону леса. Я уже пожалел, что пообещал помочь, зачем мне эти дурацкие разборки – кто у кого корову спер, не эрцгерцожье дело, но отступать уже поздно, да и стена деревьев приближается с каждым шагом.

Всегда замечал, что лес выставляет на охрану границ самые могучие деревья, в глубине может быть любая мелочь, а тут на кордоне самые что ни есть исполины… а дальше вдали мелькнуло нечто живое, хоть и зеленое.

Джон подбежал, весь красный и запыхавшийся.

– Их уже видно?

– Нас уже видно, – пояснил я.

– Плохо…

– Зови всех в атаку!

Он повернулся, но не стал орать, а вскинул над головой топор и бешено понесся к стене деревьев.