Шмагия

Края, обшитые жестким галуном, врезались в шею. Лицо Эрнеста Намюра налилось кровью. Вдыхая воздух, он слегка храпел: так бывает с людьми, перенесшими сквозное ранение в грудь, когда у них учащается сердцебиение. Ландверьер вдруг показался малефику загнанным, упрямым конем.

Впрягся в ворот маслобойки: скрип-скрип, день-год.

– Нет, мастер колдун. Я не понимаю вас. Пропал ребенок. И поножовщина с поджогами никак не отменяют для меня этого факта. Возможно, я старомоден или сентиментален. Извините, что потревожил.

– Обождите…

Движением руки остановив ланд-майора Намюра, колдун подумал, что жизнь в столице накладывает на человека тайное клеймо. Печать зверя. Вот и сейчас: Андреа Мускулюс не испытывал угрызений совести. Не терзался, коря себя за произнесенные слова. Ничуть не бывало. Он никогда не заблуждался насчет своих моральных качеств; не делал этого и теперь. Просто от ландверьера пахло вином и смолой. Просто Якоб Гонзалка, чей румянец не могло погасить даже горе, хлестал кубок за кубком.

– Скажите, чего вы ожидали от меня?

Офицер растерялся. Должно быть, он надеялся на этот вопрос с самого начала и все равно был застигнут врасплох.

– Я… я рассчитывал, что вы окажете мне помощь. Поможете отыскать девочку.

– Каким образом?

– Вы дипломированный колдун. Столичная, извините, штучка. Консультант лейб-малефициума, наконец! С вашим даром… Вам наверняка удалось бы почуять то, что ускользнуло от ведьмы.

– Буду с вами откровенен, сударь офицер. Мои способности несколько иного… э-э-э… профиля, нежели бескорыстная помощь. Но – допустим. Допустим даже, что я искренне хочу вам помочь. И, вопреки желанию, бессилен это сделать. Понимаете?

– Нет. Не понимаю.

Ландверьер брезгливо скривился. Непослушными пальцами принялся вновь расстегивать крючки тугого воротника. Мускулюс без энтузиазма следил за его манипуляциями. Ситуация все больше напоминала идиотскую балладу халтурщика-трубадура: великий маг инкогнито приезжает в провинциальный городишко, где творятся жуткие похищения и темные злодейства, по улицам табунами бегают страшные тайны, а доблестный воин изнемогает, борясь со злом в одиночку.

– Хорошо, я объясню. Вот мы сейчас сидим в «Хромом Мельнике». Пьем, беседуем. Но вы в это время продолжаете отвечать за порядок в Ятрице.