Ключи Пандоры

В тех избах, все еще крепких, из толстых бревен, с высокими шатровыми крышами, где еще теплилась жизнь, палисадники заросли малиной и черемухой, а улицы – травой по колено. Дом Глафиры Агафоновой они нашли сразу. На завалинке добротной, но посеревшей от времени избы сидела старушка и рассматривала из-под руки подъехавший автомобиль. На ней были старая синяя юбка и серая шерстяная кофта. Голову покрывал черный платок с розочками, выцветшими от времени.

Никита вышел из машины и крикнул:

– Здравствуйте, бабушка! Нам нужна Глафира Агафонова!

– Чего орешь? – недовольно спросила старуха.

 – Не глухая поди.

Она поднялась с завалинки, уставившись на него подозрительным взглядом, но подошла к забору и выглянула наружу.

– Ну, я – Агафонова. Чего тебе?

– Мы от Ирины Петровны. Сумку привезли. Макс дома?

Губы старухи плаксиво скривились.

– Так вы от Ирочки? Господи, как хорошо! А то не знала, что делать, куда идти? Раньше хоть почта была, могла телеграмму отправить, а сейчас совсем мы от мира отрезаны.

Даже радио нет, правда, оно всегда плохо работало, даже при советской власти. Телевизор вон четыре дня не кажет, да и не до него мне сейчас… У Максика телефон был, мы с него всем миром звонили, то в «Скорую», то в райцентр…

И горестно покачала головой:

– Ой, беда, совсем беда!

Юля вышла из машины. Старуха явно была напугана. И руки, которыми она держалась за доски забора, тряслись не от старости. И многословие это не от болтливости. Старуха будто боялась произнести нечто более страшное…

– У вас что-то случилось? – спросила Юля участливо.

Старуха мигом переключилась на нее:

– Ой, милая! Говорю же, беда! Максюша пропал! Почитай четвертый день пошел как ни слуху ни духу! – и заплакала, вытирая слезы кончиком платка.

В этом бесхитростном жесте было столько отчаяния и неподдельной горечи, что сердце у Юли сжалось, хотя она считала себя жесткой, не склонной к сантиментам особой.

Никита нахмурился и быстро взглянул на Юлю. Она ответила ему встревоженным взглядом, достала мобильник, взглянула, недовольно хмыкнула:

– Нет сети и, похоже, не будет! – затем посмотрела на притихшую Глафиру, улыбнулась ей и спросила: – Чаем не напоите? Мы ведь четыре часа до вас добирались.

Заодно и про внука расскажете.

Бабка перестала всхлипывать и споро двинулась к воротам. Чай попить – святое дело, особенно если гости пожаловали!

– Вы машинку во двор загоните, – посоветовала она. – Вон она у вас какая… расписная. Мало ли кто мимо пройдет.