Попаданец: Попаданец обыкновенный. Барон Гаремский. Рассар (сборник)

Все-таки у нас не Великая Октябрьская социалистическая революция семнадцатого года, и криминальный элемент, чтобы он, выйдя на свободу, продолжил бесчинствовать, я выпускать из застенков желанием не горел.

– Они все по законам хозяина…

– Нет, ты не понял, я сейчас говорю не о законах мага. Забудь о них. Я говорю о ворах, убийцах, насильниках, что творили беззаконие из собственной прихоти.

– Нет, господин, таких тут нет. Таких маг сразу переводил в солдаты.

– Отлично. Тогда прикажи всех вывести во внутренний двор замка.

Я, уже не в силах выносить запах тухлятины, фекалий и всего прочего, собирался уходить из этого в высшей степени негостеприимного места, но меня остановили.

– Э-э… господин, – замялся управляющий.

– Что-то не так?

– На самом нижнем уровне находится узник, которого я не могу как-то однозначно охарактеризовать. Он там находился еще до моего здесь появления, и…

– А сколько ты тут уже служишь?

– Двадцать лет, господин.

– Долгонько! – изумился я сроку заключения, а не сроку службы, хоть это тоже впечатляет.

 – Веди, посмотрим на здешнего старожила гестаповских застенков…

Пармер, отдав местному вертухаю приказ выводить всех узников, повел нас на минус седьмой этаж.

Здесь, оказывается, никто не сидел. По сути, весь нижний ярус отвели только под одного пленника. Мне даже интересно стало, кого так долго держат, и еще больше заинтересовало, кто вообще может так долго продержаться в подобных нечеловеческих условиях заключения!

«Правильно, не человек», – заметило мое второе «я», давно что-то не появлявшееся.

В спячку оно, что ли, впадает?

Заглянул в окошко, с фонариком на лбу, – и ужаснулся увиденному. Заключенный реально висел на дыбе, прикованный цепями к стене и потолку. Разглядеть, кто там висит, было просто невозможно из-за рванья на теле и длинных, ниспадающих до пола волос, закрывших лицо.

Бр-р…

Если кого-то так разложили и он тут кантуется больше двадцати лет, то отпускать такого кадра представляется мне все же опрометчивым.

Надо как минимум узнать, кто это и за что его тут держат. Может, его и дальше стоит тут держать, а еще лучше прикопать.

– Откройте…

Мне открыли дверь, и я чуть не задохнулся от буквально осязаемо навалившегося на меня смрада. Хотя казалось, что вонять сильнее просто не может. Нет, маг реально как-то перестроил свой орган обоняния, чтобы находить в этом запахе удовольствие.

Держа поданный мне факел, подошел к узнику. Тот слабо шевельнулся.