Схватка за Русь

 – Ведь все что Куман придумал, в действительности очень просто! Так неужели нет еще одной столь же простой вещи с помощью которой можно будет отбить этот штурм? Нам всего-то и надо, что выиграть еще немного времени!

– Но я не черный шаман, госпожа! Я вообще не шаман, чтобы думать как Куман! Да, вещи, что придумывает черный шаман действительно невероятно просты и эффективны, но… у меня не получается. Все что я могу придумать сам, это выйти из города и провести контратаку!

– За такую глупость из-за которой ты впустую потеряешь людей, тебя черный шаман убьет, когда придет в себя.

– Вот именно! К тому же меня убьют раньше, ведь я сам поведу отряд в атаку…

– Что за шум, а драки нет? – вдруг раздался глухой голос, но его все услышали и узнали, а потому заткнулись и обернулись на говорившего.

Наступила тишина.

– Ну, прямо ревизор пришел, – непонятно для всех сказал пришедший.

Впрочем, он частенько говорил то, что никто не понимал. Все-таки черный шаман…

6

Олег проснулся от протяжного воя сигнального рога.

Этого монстра полутораметровой длины и полуметровым диаметром на выходе, низкий звук которого пробирал до кишок, он сам повелел сотворить из медных листов и мучились с этой звуковой сигнализацией не одну неделю, прежде чем получилось, то, что задумывалось изначально.

Тут же к его койке подскочила девчушка с пиалой в руке и дала напиться. Как всегда вместо воды была какая-то вяжущая бурда, но Олег Куманов безропотно пил эти отвары, что должны были излечить его от отравления.

Все тело болело и пронизывала противная слабость. Во рту сушняк и привкус желчи.

«Твари, – подумал Олег о булгарах. – Дайте только встать, и я покажу вам, где раки зимуют! Век меня помнить будете!!! А моим именем станете пугать своих детей до скончания времен!»

Вспышка ненависти придала Олегу сил и он даже самостоятельно приподнялся на локтях, поморщившись от острой боли в животе.

Откинув одеяло, осмотрел себя. И выглядел он откровенно плохо. Истощение было сильным, ведь ему ничего не давали есть, только какое-то питье, что не давало сытости.

Но оно и неудивительно, ведь ему хорошенько «пощекотали» кишки. Как Куманов уже знал, ему удалили полметра кишок. А заодно и аппендикс. Так что кишки нельзя было нагружать сколько-нибудь твердой пищей, да и вообще им следовало поменьше работать. Вот и приходилось пить, что не столько насыщало, сколько должно было оказать целебное воздействие на кишки. Плохо то, что никто не знал, как они заживают.