Ведьмин ключ

Ночь теперя длинна.

Семён встал, и они след в след зашагали вниз от участка.

– Значит, кто-то из нас за людишками да харчами для них податься должон, – налегая локтями на стол, заговорил Василий, поочерёдно переводя глаза с Усти на Семёна. – Её не пошлёшь – баба. Тебе нельзя тоже. Стало быть, мне двигать.

– А пошто мне нельзя? – бойко спросил Семён. – Не до Киева, чай, доберусь ходом.

Василий откачнулся к стене, прогудел удивлённо:

– Но дурно-ой! В селе тебя мигом стреножат, а то и удавку на шею накинут, кумекаешь?

– Ты это о чём? – забеспокоился Семён.

– А о том, – подмигнул Василий. – С вольной в кармане с каторги не бегут, по тайгам не хоронятся.

Семён дёрнулся, вскочил на ноги. Табуретка со стуком покатилась к порогу.

– Ты зачем это врешь? – Недобрый огонёк забродил в глазах Семёна. – Откудова взял, что я беглый?

– Не хайлай, – хмуро предостерёг Василий. – Живи, старайся, чем тебе здесь не воля?

– Мужики-и, сдурели? Свару на что заводите? В тайге! – сунулась было промеж их Устя, но Василий жестом осадил её:

– Слышишь, Сенька? Верно баба говорит – тайга вокруг, глухомань… В село пойду я.

– Ага. – Семён сцепил зубы. – Валяй, я тоже следом ударюсь.

– Боишься, что артель-то приведу, да не ту? Жандармскую? – Василий махнул рукой. – Брось! Тайга государства вольная, тут свой закон и правда, отселя не выдают.

– Крутишь! – выкрикнул Семён. – Глаза отводишь. Чужими руками отделаться замыслил, своих марать не хочешь. Богу молишься.

– Тю-ю, дурень, – снова отмахнулся Василий. – Говорю – сядь, обмозгуем, дело обчее. Чего кажилишься?

– Неча мозговать! Давай мою долю – и весь сказ! – не унимался Семён. – Вольный я казак?.. Вольный!

– Матерь Божья, Заступница, – меленько крестилась в углу напуганная Устя.

– Вольный, – жамкая ручищей бороду, согласился Василий, – а всё ж дурак… Устя, давай ужин на стол. Я скоро.

Василий натянул армяк, вышел. Устя, как и Семён, помолчала, прислушиваясь, спросила:

– Уходишь, решился? – Вышла из угла, прижала руки к груди.

– А-а? – бессмысленно глядя на неё, переспросил Семён.

– Со мной-то что станет?

– Уйдём. Вместе. Ночью, как заснёт.

– Бог тебя наградит, Сеня! – обрадовалась Устя. – Бог, Сеня.

– Тихо ты! – Семён ударил кулаком по колену. – Ужин давай, чтоб всё складно было, как наказал. Хитрый, чёрт. Небось под дверью стоит.

Пока Устя собирала ужин, вернулся Василий.