Наемник. Борьба за существование

 – Ты спустил все это вчера ночью и обрёл равновесие. Достиг гармонии.

– А если я захочу повторить? – прямо спросил я, глядя ей в глаза и отпивая чай.

– Я подумаю, – хитро улыбнулась Света. – Возможно, наши желания совпадут ещё раз.

– Сестренка ломается? – проворковал от дверей девичий голосок. – Ну и пусть. Если что-ты всегда можешь попросить об этом меня.

Ангелина вошла на кухню, вытаскивая из шкафа кружку и наливая в неё кипяток:

– Обещаю, зайка. Ты не пожалеешь.

Я покосился на Свету. Но её лицо не выражало абсолютно никаких эмоций.

Словно восковая маска.

– От женщин кругом голова. Влюбись – хлопот не оберёшься? Девочки не дают прохода, Линчеватель?

– Ну не каждый же день у тебя гостят такие мальчики, Кот, – проворковала Ангелина.

Вместо ответа, Кот подошёл ко мне и посмотрел в глаза.

Его взгляд цепко вцепился в меня, словно пытаясь достать до самых потаённых глубин моей сумрачной заблудшей души. И я принял эту игру в гляделки.

– Наш Линчеватель изменился. Вернулся к своему прежнему состоянию.

Добро пожаловать обратно, брат. – Кот хлопнул меня по плечу. – Уж не знаю, как Свете это удалось, но…

– Да известно как, – хихикнула Ангелина. – Сидит уставшая, но жутко довольная. И синяки под глазами от недосыпа.

– Ладно, – кивнул Кот. – пойдем. Покажу тебе кое-что, чтобы закрепить результат.

Я лишь пожал плечами, встав из-за стола и направившись следом за Котом. В полном молчании мы не торопясь выбрели на задний двор, выходя к широкой , покрытой пожухлой травой, которую ещё не успел скрыть снег лужайке, вокруг которой стояло несколько лавочек.

На середине я разглядел установленный черный камень. Такие обычно ставят на памятники, и мною сразу овладело любопытство:

– Джокер помер? – на всякий случай уточнил я, всматриваясь в край памятника.

Но Кот юмора не оценил. Или не понял. Лишь вопросительно посмотрел на меня, словно пытаясь понять: совсем я ебанулся, или процесс сумасшествия еще можно обратить вспять?

– Джокер жив, – ответил он. – Сейчас сам все увидишь.

Покачав головой, я направился к плите.

"Фёдор Карамазов. ??? – 2031 год. Покойся с миром, брат".

– Это кто? – озадаченно почесав в затылке, спросил я у Кота.

– Гоблин, – хмуро ответил товарищ.

Я потрясенно сел на лавку, глядя на памятник.

– Близняшки так и не узнали, где он похоронен, – продолжил Кот. – да и скорее всего похоронами назвать это было сложно. Так, закопали в общей могиле. Так что я решил поставить памятник здесь.