Alatis. Наследие. Книга 2

Я сам, своими поступками, заставил их так поступить. Я понял, что в один момент своей жизни я просто «пошел не туда», я запутался, ошибся, и с тех пор все ниточки моей жизни спутались в один огромный клубок. Как это часто случается, у меня было много шансов всё исправить, но я закрывал глаза на неопровержимые факты, уходил от решений, бездействовал там, где была нужна моя решительность, и, даже зная, что будет дальше, продолжал смотреть и ждать «лучшего момента». Вернее, более удачного.

Я пытался верить в лучшее. Однозначно: я запутался.

Но когда это произошло, как и почему – я не мог знать. Я был уверен, что слишком долго ждал, медлил, вместо того, чтобы делать то, что было нужно. Возможно, я боялся что-то поменять.

Те, ради кого я так старался – отвернулись от меня. Я делил свою жизнь на две части, два разных мира, изо всех сил старался их защитить. Хотел быть заботливым мужем и внимательным отцом, сильным главой братства и отзывчивым другом. Но, когда все спрашивают у тебя совета, лишь твое мнение является авторитетным, у тебя не остаётся шанса самому просить о помощи.

И глядя далеко вперед, строя будущее, я не мог увидеть того, что было передо мной, совсем близко, перед глазами, сейчас и теперь. Я совершал ошибки, когда у меня не было шанса на ошибку.

Я никого не винил, и не о чем не жалел, но мне было безумно жаль, что я не смог осуществить свой план. Не смог подарить им новое будущее.

«Ведь я хотел этого не для себя, не ради славы! – сетовал я – Я хотел, чтобы у моих детей, у моих братьев и их детей, была свобода и будущее, не заточенное в стенах монастыря и в условиях войны.

Я хотел уничтожить Абсорбс Глобал Индастри чтобы наши дети сами могли выбирать свое будущее и строить новый мир, а не пожинать плоды былых сражений. Если эта война так и будет длиться дальше, то что же останется следующим поколениям? Как они смогут выжить в том мире?

Я напряженно размышлял над своими сожалениями, как вдруг крошечная точка света вдалеке привлекла мое внимание.

Она быстро увеличивалась, словно я был в тоннеле и на меня мчался поезд.

За считаные мгновения свет расползся вокруг меня и поглотил мрак. Я оказался в безграничном светлом пространстве: всё было светлым – не белоснежным, а источавшим свет. Не было ни стен, ни пола, ни потолка, ничего.

Я увидел, что мое тело вновь обрело материальную форму. На мне была белая рубашка и брюки, столь легкие, словно их не было вовсе. Ткань приятно ласкала и холодила кожу. На груди не было ран от пуль.