БЕСсильный чемпион. Том 3

 – Моя маленькая Мила родилась благодаря тебе.

Ее губы сладки. Несколько секунд позволяю себе вкушать награду спасителя. Заслужил ведь. Но как только с жадным стоном пытается углубить поцелуй, отстраняюсь.

– Это лишнее, – предотвращаю ненужную жертву. – Достаточно будет информации.

Плечи Киры поникают. Она с досадой отворачивает лицо.

Прости, красавица, но проблемы спермотоксикоза давно уже нет. Да и понимаю – этот вкусный плод не для меня. По крайней мере, сейчас обрывать его неправильно. Уже греет сердце одно то, что спасенная мной девушка обзавелась семьей.

Когда-нибудь возможно всё, но не так, не в расплату по мнимым счетам.

– Как ты оказалась здесь? – спрашиваю. – Как перенеслась из Страшного мира? Ты тоже умерла?

– Умерла? – удивляется. – Нет, я нянчила Милу в колыбельке, сплетенной из сосновых дранок, когда за окном началось это безумие.

– Расскажи подробнее.

– Был обычный день, жарко пекло солнышко… И вдруг – грянул гром, налетели тучи – черные и сверкающие, они, клубясь заполнили небо от края до края.

Полыхнули молнии. Мила заплакала, я прижала дочку к груди. А потом белое сияние накрыло нашу хижину. И вот нет уже ни молний, ни грома, ни моей Милы, – она смаргивает слезы. – Мне почему-то опять шестнадцать, демоны исчезли, люди живут как в каком-то Средневековье. Одни кличут себя князьями и графьями, другие терпят название простолюдины. Никто не помнит Вторжение демонов. И еще – моя мама снова жива, – тихая улыбка теплится в ее влажных глазах. Только по соседству с радостью таится и большая скорбь.

Крепко прижимаю к себе девушку. Глажу по волосам, словно пытаясь укрыть от ужаса женской доли. Даже не представляю, насколько больно лишиться ребенка.

– Когда это произошло?

– Около полутора месяца назад. – В то же время, что и у меня. – Помню, вначале в груди сильно обжигало. Шрам пылал…

– Шрам?

Она отходит и, не стесняясь, расстегивает блузку. В нежном месте между грудью и животом, прямо под лифчиком гладкую кожу разрезает бугрящийся рубец.

Осторожно прикасаюсь – девушка вздрагивает.

– Больно? – поднимаю взгляд.

– Нет, – выдыхает. – Просто …у тебя пальцы холодные.

– Откуда рана?

– Те уроды в катакомбах успели царапнуть желтым кинжалом, прежде чем ты их сжег. Только шрам и остался от прошлого мира, – говорит Кира. – Но я даже рада. Всегда когда смотрю на него – вспоминаю тебя. Как ты спас меня…

В задумчивости чешу подбородок.