БЕСсильный чемпион. Том 3

Новый мир, новое тело – но шрам старый? Это как вообще понимать?

Нагнувшись, оглаживаю бархатную кожу рядом со шрамом. Скользнув вниз, трогаю мягкий пупок, торчащий над резинкой юбки – сразу же Кира учащенно дышит прямо мне в ухо.

– Перун, – тихо, умоляющим голосом.

– Ладно- ладно, – прекращаю ее щупать.

Шрам явно не обычный. Это какая-то энергометка на астральном теле Киры. Просто его отражение на физическом теле имеет воплощение рубца. Благодаря метке Кира и сохранила воспоминания о Страшном мире.

Похоже, фанатики в катакомбах не просто косплеили чернокнижников Азерота. Настоящую колдовскую муть творили. Мрази. Хм, учитывая, что Осколки есть и здесь, то кто-то может опять попытаться призвать неясного Ктулху.

Ладно, сейчас голова болит о совсем другом. Кира не умирала в Страшном мире, и я, возможно, тоже. Тогда, выходит, наши души не переносились в параллельную реальность с охреневшими боярами. Нет, мы всё там же. Просто, это сам мир изменился. Или же ему помогли измениться. Остается вопрос – почему тогда нам с Кирой шестнадцать?

А еще больше интересно, кто же этот нашкодивший засранец? Встречу – обязательно скажу пару ласковых.

Мой задумчивый взгляд падает на пыльное зеркало в углу, на отражение своего нахмуренного лица.

Нет, вообще он молодец, конечно, – мир от Орды избавил. Большое уважение от меня. Но не мог что ли демонов совсем под корень вывести? Какого Градгроба я должен за ним прибираться? Или его цель состояла в ином?

– Перун, – Кира скрещивает руки на груди, вдруг застеснявшись наготы.

 – Мне можно одеваться?

– Ага.

Пока она застегивается и разглаживает блузку, спрашиваю.

– А почему ты перекрасилась? – Отвожу с ее плеча пелену каштановых волос.

– Цветные прически – отврат, – заявляет девушка, покраснев. – Разве нет?

– Обычно – да. Но тебе шло. Жаль…

Смущенная Кира брякает:

– Перекрашусь обратно!

– С чего бы? – удивленно на нее смотрю.

Она растерянно смыкает губы.

– Смена жизненной парадигмы, – мычит.

– В моменте? – усмехаюсь. – Быстра!

– А так и происходит обычно, – вздергивает Кира подбородок. – Лежишь, бывает, голая в вонючей пещере, растянутая на полу, с жизнью прощаешься, а в следующий миг тебе дается второй шанс.

– Тебе виднее, – прищуриваюсь. – Лучше скажи, философ, зачем вступила в клуб инженеров? Мало Алмакаева вас гоняет? Времени полно?

– Хотела посмотреть, что они изучают, – она смотрит в пустоту, смаргивает вернувшиеся слезы.