Самая долгая литургия

Два чёрных кресла стояли спиной к огромному экрану, на котором мелькал видеоряд – освоение космоса, галактики, планеты, встреча на Красной площади, Луна, снова звёзды… Обычно для ведущих ставили белые кресла, но Михаил потребовал их заменить. И судя по реакции Вестника, угадал.

– Как я понимаю, вначале стоит немного рассказать о себе, – сказал Вестник, открывая рабочую часть пресс-конференции. Говорил он обычным голосом, но излучал полную уверенность, – Потом вы зададите вопросы.

Наш мир несравнимо более развит, чем ваш.

Поэтому часто мне будет трудно подобрать слова для ответа – вы просто не всегда сможете понять их. Глория, как вы называете наш мир, похожа на Землю. У нас несколько теплее, природные условия, растительный и животный миры значительно отличаются. Но это не случайность, а сознательная работа в течение многих тысяч веков.

Зал вздохнул с восхищением, а потом погрузился в благоговейную тишину – тысячи веков науки внушали уважение.

– Правда, сразу отмечу одну нашу особенность, чтобы вы лучше поняли, кто мы и кто я, – Вестник оглядел журналистов.

 – Мы, конечно, не вечные, когда-то появились и вряд ли переживём гибель вселенной. Но мы и не смертные в вашем понимании – не умираем от старости, потому и годы своей жизни не считаем. Не видим в этом смысла.

Сразу нескольких местах раздались возгласы восхищения. В воздухе запахло бессмертием.

– Поэтому, – невозмутимо продолжал Вестник, – мы работаем непрерывно над улучшением природы нашего мира, и она уже давно имеет мало общего с первоначальной.

Правда, с некоторых пор мы намеренно оставались вне вашей видимости. Отчасти это было связано с желанием не мешать вашему развитию. Ощущение, что твой вид – вершина, цари природы значительно укрепляет волю.

Преждевременная открытая встреча привела бы к вреду для вас. Вместо поиска собственного пути многие захотели бы обращаться к нам за помощью, а это перечеркнёт весь накопленный вами опыт. Мы хотели дать вам время догнать или даже превзойти нас.

В прошлом мы пытались говорить с вашими предками. Но итог был всегда печальным – они либо просили нас стать правителями, либо превращали нас в своих богов. А вы сами знаете, как суеверие отбирает творческие силы – желание искать превращается в жажду непрерывно просить.

Но больше мы ждать не можем. Если бы я не явился к вам, то весь ваш мир, скорее всего, скоро бы погиб. Об этом позже расскажу отдельно.