Отец моего жениха

Хватит откупаться от проблем. Затем мысли знакомо перетекают к Юле. Душевая, черт побери, теперь к этому особенно располагает.

Что делать с сообщением? Конечно, правильнее будет не отвечать. Не мальчик я, чтобы крутить романы по смс и на расстоянии, да и ей надежду давать не стоит. Ей университет заканчивать надо, со сверстниками встречаться, а не питать иллюзий на счет того, что у нас сможет получиться. Потому что не может у нас получится. Слишком много «но».

А вторая мысль — что если не отвечу, она больше со мной не свяжется.

Гордая же девчонка. Получится, что я ее обманул, сказав, чтобы звонила, если ей понадобится моя помощь. А я не обманывал: какая бы проблема у нее не возникла, я дал себе слово, что ее решу.

Дилемма, Серега. Таких сложных тебе решать еще не приходилось.

Уже лежа в кровати, я в течение минуты кручу в руках телефон, после чего вновь открываю ее сообщение. Смешная она. Язвить пытается. Если в Лондоне сейчас полночь, то в Москве два часа ночи.

Завтра Юле на учебу, так что она наверняка спит и увидит мой ответ лишь завтра. Может, оно и к лучшему.

«В Лондоне все по-деловому, но не так спокойно, как я предполагал. Как дела с поиском квартиры?»

Вопрос задал. А вопрос -это всегда продолжение. Плохо, Серега, плохо.

35

Юля

— Извини, что опоздала, — быстро чмокаю в щеку Марину, которая, судя по надутым губам, явно мной недовольна. — Случайно отключила телефон и будильник не прозвонил.

Допустим, что отключила я его не случайно, но подруге это знать не обязательно.

— А что Димас теперь тебя не возит? — Марина пристально изучает мое лицо, и в голову прокрадывается параноидальная мысль, что слухи о нашем с Димой расставании уже разлетелись по университету.

Хотя если и так, какая теперь разница. Днем раньше, днем позже, об этом бы все равно стало известно. Не от меня так от ягодной кормилицы Кристины или как ее там зовут.

— Мы с Димой больше не вместе, — произношу как можно ровнее. — Так что да, теперь он меня не возит.

Лицо Марины выглядит удивленным, но не шокированным, что подтверждает мысль о том, что кто-то уже от души обо мне посплетничал.

— Блин, мне жаль, Юль. А что случилось?

В этот момент я чувствую себя звездой шоубиза, у которой любопытные журналисты мечтают как следует порыться в трусах. Хочется рявкнуть «Ноу комментс», затем показать всем фак и сбежать. Желательно на Гавайи.

— Я пока не хочу об этом говорить, Марин.