Казачий спас

Жестом оставив горничную дожидаться окончания разговора, Григорий быстро спустился на первый этаж и, пройдя в гостиную, приветствовал генерала.

Боевой офицер заметно волновался, что не укрылось от взгляда юного пластуна. К тому же на этот раз граф не взял с собой даже своего денщика. Сообразив, что надвигается что-то особенно важное, Гриша решил отвлечь гостя от смущающих его мыслей и, подумав, спросил:

— Ваше высокоблагородие, а нельзя мне какую-то бумагу выправить, чтобы я мог беспрепятственно с собой револьвер носить?

— Запросто, — подумав, усмехнулся генерал.

— А не вступая в армию? Я школу экстерном закончил и хочу в университет поступать. Сегодня диплом получил.

— Вот как?! Поздравляю. Молодец, казак, — от души поздравил его граф. — Но зачем тебе револьвер в городе? Ты ведь пластун. Любого бандита голыми руками на тряпки порвать можешь.

— Даже не знаю, как объяснить. Чувство такое, словно кто-то постоянно в спину смотрит. Вот я и решил спросить.

— Думаешь, Зое Степановне что-то угрожает? — вскинулся граф, вспомнив историю их знакомства.

— Если кто-то решит до нее добраться, с меня начнет. Ну, недаром же тогда в дом сразу десять гайдуков вломилось. Чтобы слуг да горничных положить, и пятерых много.

— Я подумаю, — мрачно кивнул граф. — Есть у меня старый приятель в полицейской управе. Поговорю с ним. А где хозяйка? Здорова ли? — спросил он о главном для себя.

— Слава богу, — улыбнулся Григорий. — Она по телефону с братом говорила, когда ей о вашем визите сообщили. Так что не обессудьте, подождать придется.

— Конечно, конечно. Это я виноват. Нужно было сообщить о своем намерении, — смущенно засуетился генерал.

— Ваше высокопревосходительство, — вдруг тихо сказал парень. — Вы ей нравитесь. Так что не нужно так сильно переживать. Вы только помните, что в том браке ей досталось крепко. Так что наберитесь терпения. Не спешите.

— Спасибо, — осознав услышанное, выдохнул граф и буквально рухнул в кресло, обмякнув.

— А где Ахмед? — спросил Гриша, словно очнувшись.

— Домой отправил. Опять раны разнылись. У него всегда так, на сырость.

— Я ему травок соберу, пусть шрамы мажет. Должно помочь, — кивнул Гриша и уже направился к выходу, когда в гостиную впорхнула хозяйка дома.

Чуть улыбнувшись, Гриша прикрыл за собой дверь и отправился на конюшню.