Кровь на клинке

А самое неприятное, что разбойники рядятся под горцев. Надеюсь, мне объяснять не нужно, что будет, если их назначат виноватыми во всем?

– Нет. Начнется очередная кровавая вакханалия, – мрачно кивнула опытная в интригах княгиня. – А после и недовольство его величества.

– Вот именно поэтому я здесь. Чтобы предотвратить подобное развитие событий. И потому стараюсь не особо афишировать свое присутствие в городе.

– Я поняла вас, друг мой, – милостиво кивнула княгиня, погладив Руслана по плечу. – Чем мы еще можем вам помочь, кроме нашего гостеприимства?

– Благодарю, Зинаида Павловна, – коротко поклонился Руслан.

 – У нас уже все готово, и операция входит в активную фазу. Попросту говоря, мы сделали все, чтобы выманить разбойников на себя.

– Но вас ведь всего трое, – растерялась женщина.

– За городом уже ждет вся моя команда, – лукаво усмехнулся Шатун. – Но, пожалуй, у меня будет к вам маленькая просьба.

– Я слушаю, – моментально подобралась женщина.

– Я хочу просить вас отправить к Петру Ивановичу посыльного с моей просьбой пригласить сюда генерала Татищева.

– Нет ничего проще. Сей же час слугу отправлю, – решительно кивнула княгиня. – Что-нибудь еще? Оружие, порох, продукты в дорогу? Может быть, деньги?

– Нет-нет, сударыня, ничего более, – замотал Шатун головой. – Просто я должен предупредить их обоих о нашей операции и поставить в известность обо всем, что нам удалось прояснить по этому делу. Но, как уже говорил, появляться у них на службе лишний раз не хочу.

– Не беспокойтесь, Руслан Владимирович. Я сама напишу мужу письмо, и он выполнит мою просьбу, – твердо пообещала княгиня и, развернувшись, направилась к дверям. – А Лизу я пришлю. Пусть сама заберет свою корреспонденцию, – обернувшись, лукаво улыбнулась она.

В ответ Руслан только коротко поклонился. Княгиня вышла, а в дверях появился слуга, который принялся молча прибирать со стола. Попросив его принести еще чаю, Шатун вернулся к созерцанию сада, проигрывая про себя план операции.

Больше всего его беспокоил тот факт, что для этого дела пришлось привлекать гражданских. В его понятии это было неправильно, но иного выхода просто не было. Парень недаром пошутил в разговоре с купцом, что на нем и его казаках погоны даже в бане видно.

Вбежавшая в столовую княжна с радостной улыбкой поздоровалась и, схватив письмо, смутилась, залившись румянцем."

"– Бегите, Елизавета Петровна.