И один в тайге воин

Не можем мы в больших городах долго жить. Умираем.

«Долгая же у вас память, если вы помните то, что ещё при царе Горохе было», — думал Мишка, задумчиво глядя на охотника.

— Скажи, Торгат, а про хутора раскольников ты знаешь? — спросил он, решив проверить свою мысль.

— Знаю. Там, — охотник махнул рукой в сторону перевала, — деревня их есть. Сами живут. Никого не пускают. Иногда торговать приходят.

— Они туда при царе Петре ушли? — уточнил Мишка.

— При нём, — кивнул охотник. — Ещё дед моего деда их первым нашел и торговать стал.

— Почему? — насторожился парень.

— Они детям нашим стали про веру свою рассказывать. От веры отцов отводить. Плохо это. Потому ушли.

— Понятно, — вздохнул Мишка.

— Ложись спать, Мишка, — улыбнулся Торгат. — Завтра рано разбужу. Нам далеко идти.

— Сколько дней? — быстро уточнил парень.

— За два дня управимся.

— Все три места за два дня? — удивился Мишка.

— Да. Там ручьи рядом текут.

— А как ты те места нашёл? Как узнал, что там золото есть? — не унимался парень.

— Я тебе говорил, что молодым в большой мир ходил, — улыбнулся охотник. — Вот там и увидел, как старатели купцам золото продают. Я уже тогда такой песок видел. Ушёл в тайгу, набрал немного и купцу показал. Он обрадовался. Стал меня вином угощать, спрашивать, где я песок нашёл. Да только я тогда уже знал, что нам вина пить нельзя. Ханты от него лицо теряют. Сказал, что в разных местах брал. Попробовать. И ушёл. А потом к артели прибился. Интересно стало, как люди то золото добывают.

— Интересно. И тебя не обманывали? — не сдержал любопытства Мишка.

— Они знали, как я стреляю. Из всей артели только я в любом месте мог добычу найти. Иначе они солониной питались. Потому и не гнали, и не обманывали. Я им нужен был.

— Ну да. Летом на солонине в холодной воде недолго и ноги протянуть. А ежели вспомнить, что её и зимой есть приходится, то точно нужен был, — понятливо кивнул Мишка. — Ладно.

— Хорошо, — кивнул охотник, доставая трубку.

Быстро накрыв широкую лавку парой волчьих шкур, Мишка умылся и, раздевшись до исподнего, улёгся на лежанку. Торгат не спеша загасил лампу и, присев к окну, принялся задумчиво попыхивать своей неизменной трубочкой, пуская клубы ароматного дыма. Сквозь прикрытые веки парень наблюдал за ним, пытаясь угадать, что охотник решит по поводу его предложения.